Книга Воздушная кавалерия. Том 6, страница 54 – Джек из тени

— Знаешь, командир, — сказал Грушин, не оборачиваясь. — О чем бы я сейчас жалел, если бы это был мой последний день? О том, что так и не попробовал тот подаренный Воронцовым коньяк, что у тебя в кабинете стоит. Говорят, столетней выдержки…

И он вышел, оставив меня одного с этими письмами и своими мыслями. Я взял одно письмо в руки. На нем корявым почерком был выведен адресат… Нет! Я не мог позволить им умереть, должен был что-то придумать. Должен был быть хоть какой-то выход.

Я ударил кулаком по столу. Проклятье! Неужели это все? Неужели так все и закончится? В этой забытой богом дыре, на этом проклятом острове? Я вспомнил Елену, ее улыбку, ее глаза. Вспомнил отца, которому обещал вернуться.

И в этот момент, когда отчаяние уже почти поглотило меня, на одном из мониторов, который Алиса использовала для сканирования эфира, что-то мигнуло. Слабый, едва заметный всплеск на нестандартной зашифрованной частоте.

— Что это⁈ — я подался вперед, вглядываясь в экран.

— Не знаю, — ответила Алиса — Сигнал очень слабый и прерывистый.

— Откуда идет?

— Со другой стороны острова, там, предположительно штаб полка.

Сигнал пропал, но надежда, слабая и трепетная, как пламя свечи на ветру, вспыхнула в моей душе.

* * *

На базе Особого Корпуса рядом с Владивостоком царила лихорадочная деятельность. Князь Барятинский, осунувшийся, с красными от бессонницы глазами, уже вторые сутки не покидал своего поста. Он стоял у гигантской голографической карты, на которой багровым, пульсирующим пятном горел район Курильских островов, эпицентр пылевого шторма.

— Что с погодой⁈ — его голос, обычно спокойный и чуть насмешливый, теперь срывался на рык.

— Шторм ослабевает, ваше сиятельство, — доложил метеоролог. — Циклон смещается на восток. По нашим прогнозам, через три-четыре часа в районе острова Удачи установится летная погода.

— Три часа⁈ — Барятинский обернулся к полковнику Арсеньеву, который стоял рядом, такой же измотанный и почерневший. — У нас нет трех часов! У нас даже лишних десяти минут нет!

— Полная боевая готовность! — произнес князь. — Начинайте грузить штурмовые роты! Первая группа кораблей взлетает, как только появится «окно» в шторме! Мне плевать на риск!

— Но, ваше сиятельство, — попытался возразить Арсеньев, — это может быть самоубийством. Если они попадут в хвост циклона…

— Риск, полковник, это то, что капитан Строганов со своими мальчишками сидит там в полном окружении! — отрезал Барятинский. — А наш долг вытащить их оттуда. Живыми или мертвыми… Я вырежу всех на том острове, кто не носит нашу форму!

В этот момент в штаб вбежал дежурный офицер с планшетом в руках.

— Ваше сиятельство! Данные от морской разведки! Два неопознанных корабля движутся курсом на остров Удачи!

На главный экран немедленно вывели изображение с разведчика. Два темных силуэта, похожие на грузовые суда, шли наперерез остаткам шторма.

— Японцы, — удивленно произнес Арсеньев. — Что они там забыли?

— Заметают следы, — мрачно ответил князь. — Они не могут допустить, чтобы кто-то нашел доказательства присутствия целого полка на острове. Идут туда, чтобы забрать своих, а может, и «помочь» нашему батальону исчезнуть без следа.

Он на мгновение задумался, его пальцы нервно барабанили по краю стола.

— Приказ флоту! — его решение было мгновенным. — Закрыть этот район для судоходства. Любое судно, вошедшее в квадрат без нашего разрешения, считать вражеским. Этим двоим — приказ немедленно лечь в дрейф и ждать досмотровую группу. В случае неповиновения, открывать огонь на поражение. Потопить без жалости.