Книга Воздушная кавалерия. Том 7, страница 68 – Джек из тени

Волков не спрашивал прямо и не угрожал, а предостерегал. Давая понять, что Кирилл перешел черту, и что его личная вендетта, пусть и справедливая, создает проблемы на самом верху.

Тем временем за дверью кабинета назревала своя, локальная буря. Визит таинственного господина в безупречном костюме, который провел в кабинете декана уже больше получаса, вызвал небывалый ажиотаж на факультете. Обычно посетители у Строганова не задерживались дольше двадцати минут. Декан был известен своей деловой хваткой и нетерпимостью к пустой болтовне. А тут дело идет к часу!

Курсанты, сгорая от любопытства, начали засылать в кабинет «разведчиков». Первым, под предлогом срочной необходимости подписать какой-то рапорт, заглянул староста курса. Он приоткрыл дверь и увидел, как декан и его гость сидят в креслах, мирно пьют чай и ведут светскую беседу о последних театральных премьерах. Староста, пробормотав извинения, ретировался, не солоно хлебавши.

Следующей была одна из самых бойких курсанток, дочь какого-то влиятельного генерала. Барышня влетела в кабинет без стука, размахивая конспектом и громко вопрошая о какой-то сложной формуле. Но и ее ждало разочарование. Декан и его гость лишь на секунду прервали свой разговор о погоде, и Строганов вежливо порекомендовал курсантке обратиться с этим вопросом к своему непосредственному преподавателю на практических занятиях.

Любопытство нарастало. Ставки в этом импровизированном тотализаторе росли. Кто этот таинственный гость? Чиновник из министерства? Представитель конкурирующего рода? Так Ростовы и так плотно оккупировали барона, значит, кто-то еще? Или, может, личный посланник самого Цесаревича? Не выдержав, курсанты решили бросить в бой тяжелую артиллерию. Ту, кому, по слухам, декан благоволил больше всех. В дело вступила сама княжна Ростова.

Наталья не стала придумывать предлогов. Она просто аккуратно постучала и, получив разрешение, вошла. В руках у нее была папка с курсовым проектом.

— Прошу прощения, Кирилл Андреевич что отвлекаю, — ее голос, как всегда, был ровен и спокоен. — Я хотела бы уточнить один момент по техническому заданию.

Девушка сделала несколько шагов вглубь кабинета. В этот момент разговор между Кириллом и Волковым, до этого текущий в русле светских иносказаний, внезапно сменил тональность.

— … и я еще раз повторяю, барон, — голос Волкова, до этого спокойный, приобрел металлические нотки. Он не повышал его, но сама интонация стала жестче. — Подобные постановки, как та, что имела место в Иркутске, абсолютно недопустимы, если их нет в столичной брошюрке!

Наталья замерла на полпути, сделав вид, что ищет что-то в своих бумагах, но на самом деле превратившись в слух.

— И не потому, что это, как вы изволили выразиться, «несанкционированный клининг», — продолжил Волков, бросив короткий, ничего не выражающий взгляд на застывшую курсантку. — А потому, что ваша светлая голова, барон, стоит в тысячу раз дороже, чем вся подпольная постановка Сибири вместе взятая! Даже если режиссер, кхм, Саша Северский…

Эти последние слова Волков произнес уже в спину Наталье, которая, поняв, что стала свидетельницей чего-то крайне важного и совершенно секретного, сочла за лучшее ретироваться.

— Прошу прощения, я зайду позже, — пробормотала Ростова и, не поднимая глаз, выскользнула за дверь.