Книга Воздушная кавалерия. Том 8, страница 29 – Джек из тени

— Однако, — секретарь Ли сделал паузу, и его взгляд остановился на мне, — кульминацией операции, ее самой блестящей и дерзкой частью, стал, безусловно, удар по штабу полковника Косигавы.

На голограмме появилось изображение большого разрушенного блиндажа.

— По нашим данным, — продолжил секретарь, — для проведения этой диверсии была задействована небольшая, сверхмобильная группа, которая, используя неизвестные нам технологии маскировки, смогла проникнуть в глубокий тыл противника, обойти все патрули и посты, и нанести точечный удар по центру управления элитного японского полка. Полная ликвидация вражеского командования в ключевой момент сражения вызвала хаос и панику в японских войсках и стала решающим фактором, приведшим к их полному разгрому.

Он выключил голограмму и посмотрел на меня с нескрываемым восхищением.

— Барон, мы до сих пор не можем понять, как вам это удалось. Ваши люди не могли физически успеть добраться до штаба Косигавы и вернуться назад за такое короткое время. Это… это просто невероятно.

Я молчал, чувствуя, как взгляды всех присутствующих впились в меня. И я, и Елена, и Алиса ломали головы над этой загадкой. Кто-то неизвестный сыграл нам на руку, нанеся этот блестящий удар. Кто? Конкурирующая японская группировка, решившая подставить Косигаву? Третья сила? Или… тот самый взрыв был связан с теми двумя сообщениями на русском, которые Алиса перехватила, так как сигнатура была очень странной? «Оркестр наш желает вам спокойной ночи». Фраза, от которой у меня до сих пор бежали мурашки по коже. Это было послание, вот только кому⁈…

В голове проносились тысячи вариантов. Признаться, что это не мы? Это означало бы проявить слабость, показать, что я не все контролирую. Это ослабило бы мою переговорную позицию. Или принять этот дар судьбы? Приписать себе чужую победу, укрепив свой миф о всемогуществе.

Я посмотрел на Елену. Супруга смотрела на меня, и в глазах я прочел тот же вопрос. И тот же ответ. Она слегка, почти незаметно, кивнула.

И я сделал свой выбор. Откинулся на спинку сиденья, сделал еще один глоток чая и с ленивой, снисходительной улыбкой посмотрел на секретаря Ли.

— Господин секретарь, — сказал я, намеренно растягивая слова. — У хорошего фокусника всегда должны быть свои маленькие секреты. Не так ли? Если я раскрою вам все свои карты, вам же будет неинтересно со мной играть.

Император, до этого молча наблюдавший за сценой, снова тихо рассмеялся.

— Мне нравится этот ответ, — сказал старик. — Мне очень нравится этот ответ. Что ж, раз у барона есть такие «секреты», думаю, мы можем быть уверены, что и в будущем он еще не раз нас удивит. Ли, продолжайте.

Секретарь Ли, получив подтверждение, окончательно отбросил последние сомнения. Его лицо приняло деловое выражение.

— Мой Император, господа, и дама, раз мы убедились в высочайшей эффективности методов и технологий, я хотел бы перейти к основной части наших переговоров. Мы хотели бы внести некоторые изменения в первоначальный контракт…

Атмосфера в Нефритовом павильоне неуловимо изменилась. Исчезла церемониальная расслабленность, улетучился флер таинственности. Воздух стал плотным, заряженным, как перед грозой. Началась настоящая работа, ради которой нас всех здесь и собрали.

Секретарь Ли Цзянь снова активировал голограмму. На этот раз на ней появились не карты боевых действий, а стройные столбцы цифр, таблицы и диаграммы. Это был проект контракта на перевооружение девяти оставшихся китайских дивизий.