Книга Воздушная кавалерия. Том 8, страница 117 – Джек из тени

Он остановился и посмотрел на князя.

— Я ведь, когда очнулся, первым делом просмотрел все записи. Все доклады. И знаешь, барон фон Мекк, твой ближайший соратник, перед смертью все понял. Он понял, что это ты, именно ты, подставил всю вашу оружейную кодлу под стволы моих людей. Только доказать уже ничего не мог. Все было разыграно безупречно. Любой другой, даже самый опытный следователь из ИСБ, легко купился бы на эту постановку. Найти реальных исполнителей, а тем более — отследить ниточки до настоящего заказчика, в этой паутине лжи было практически невозможно.

Кирилл сделал паузу и многозначительно поднял палец.

— Но, — произнес он, и в его глазах блеснул холодный огонек, — фантастика, как я уже говорил, — это как раз по моей части.

Барон сорвал с пояса небольшой, плоский металлический контейнер и бросил его на пол посреди бункера. Контейнер с шипением раскрылся, и из него вырвалось облако серебристой Пыли. Пыль, клубясь и мерцая, на глазах у ошеломленного князя, начала формироваться в знакомую фигуру.

— Привееет! — пропела Алиса, материализовавшись в виде своего стандартного образа — полупрозрачной девушки с кошачьими ушками и хвостом. Она беззаботно помахала князю лапкой.

Голицын отшатнулся, узнав этот голос. Тот самый голос, что издевался над ним по телефону. Тот самый голос, что объявил ему о его гибели.

— Знакомься, князь, — с ледяной улыбкой представил Кирилл. — Мой личный цифровой ангел-хранитель. И, по совместительству, лучшая ищейка во всей Империи. А с недавних пор, — добавил он, и его голос стал еще тише и страшнее, — она еще и научилась виртуозно вскрывать разум Кинетиков, извлекая оттуда любую информацию, даже ту, о которой они сами забыли.

Он подошел к Голицыну почти вплотную, глядя ему прямо в глаза.

— Два твоих доверенных человека, те самые, что координировали удар по поместью Воронцова, засветились на камерах наблюдения в одном из столичных ресторанов, когда выходили из него, где ударили по рукам с исполнителями, которые в свою очередь наняли других. Всего на пару секунд. Но Алисе этого хватило. Чтобы зацепиться за эту тонкую, почти невидимую ниточку. И распутать весь клубок. Весь, до самого конца…

Кирилл развел руками, словно показывая на самого себя.

— И вот мы здесь. В конце твоего пути, князь. И в конце пути всего твоего рода.

Голицын молча смотрел в спокойные, холодные глаза Строганова. Он хотел что-то сказать, что-то крикнуть, проклясть его, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип. Он был сломлен. Полностью, окончательно и бесповоротно.

Голицын не успел ничего сказать. Сухой выстрел револьвера, который Кирилл, оказывается, все это время держал в руке, скрытой за спиной, был последним, что услышал князь. Пуля, выпущенная в упор, пробила его сердце.

Голицын медленно, как в замедленной съемке, начал оседать на пол, так и не оторвав своего удивленного, застывающего взгляда от лица своего убийцы. Кирилл молча смотрел ему в глаза, пока в них не погас последний огонек жизни. А затем, не говоря больше ни слова, развернулся и вышел из бункера.

Наверху уже царил порядок. Его «волкодавы» оцепили весь периметр, пожарные команды, вызванные, очевидно, заранее, уже тушили разгоравшиеся в руинах дворца очаги возгорания. Елена стояла у командной машины и по закрытому каналу коротко докладывала в императорскую канцелярию: