Книга Воздушная кавалерия. Том 9, страница 64 – Джек из тени

Все они прекрасно помнили ту историю. Десять лет назад один очень самоуверенный князь из Москвы, властвующий над текстильными мануфактурами, решил покачать права против Имперского Аудитора, который заморозил его счета по подозрению в неуплате налогов. Князь нанял лучших адвокатов, дошел до Сената, поднял крик о притеснении дворянства.

Ответка прилетела через три дня. ИСБ перевернуло его жизнь наизнанку. Нашлись тайные склады с контрабандой, всплыли связи с радикалами, а в подвале его особняка совершенно случайно обнаружили замурованный труп пропавшего без вести конкурента. Никто даже не пытался сделать это правдоподобным. Суд длился два часа. Адвокаты резко заболели, а гордый князь уехал в Сибирь, где и сгинул на рудниках, добывая руду обычной киркой.

— Аудитор — это цепной пес Императора, — процедил Демидов, опираясь подбородком на руки, сложенные на набалдашнике трости. — Если он вцепился, жаловаться в Сенат — все равно что жаловаться волку на то, что он слишком больно кусает тебя за задницу. Строганов ждет, чтобы кто-то из нас дернулся. Как только подадим официальную бумагу — он тут же пришьет нам саботаж государственных поставок и измену. И нас раскатают в блин на абсолютно законных основаниях.

— И что нам делать? — спросил виконт Мамин, владелец химических производств. Его руки тряслись, расплескивая коньяк из стакана. — Просто сидеть и смотреть, как он нас потрошит?

— Ждать, — отрезал Демидов. — У него нет доказательств нашей причастности к ночным событиям. Следы мы зачистили. Значит, он будет давить финансово, провоцируя на ошибку. Мы не сделаем эту ошибку. Перекроем расходы из личных кубышек, сколько сможем. А сегодня… сегодня будем улыбаться ему в лицо. Посмотрим, насколько хватит его столичной наглости.

Музыка в главном зале внезапно смолкла. Оркестр взял короткую паузу, а затем выдал торжественный, раскатистый туш. Гул голосов мгновенно стих.

Двери распахнулись. Церемониймейстер, вытянувшись в струнку, ударил посохом в пол.

— Его сиятельство, граф Кирилл Андреевич Строганов! Графиня Елена Александровна Строганова! Княжна Наталья Игоревна Ростова!

Демидов и его компаньоны, сидевшие в углу, синхронно повернули головы в сторону парадного входа.

Толпа расступилась, образуя живой коридор. Аристократы, еще секунду назад брезгливо обсуждавшие столичных гостей, теперь давили друг друга локтями, чтобы оказаться поближе к проходу и изобразить самые почтительные поклоны. Лицемерие чистой воды, возведенное в ранг искусства.

Строганов вошел в зал так, словно этот дворец принадлежал ему. Черный френч сидел как влитой. Никаких украшений, никаких вычурных эполет. Лишь тусклый блеск аудиторского жетона и тяжелый золотой перстень с рубином на пальце. Левая нога ступала чуть жестче правой, и легкая опора на черную трость выдавала недавние травмы, но это не делало его уязвимым. Напротив — в этой легкой хромоте читалась сдерживаемая сила зверя, который только что переварил порцию врагов и вышел на новую охоту.

По правую руку от него плыла Елена. Шелк ее платья переливался в свете хрустальных люстр. Подбородок вздернут, взгляд скользит поверх голов местной элиты. В каждом ее движении читалась столичная, недосягаемая для уральцев порода. По левую руку, контрастируя с холодной грацией Елены, шла Наталья Ростова. Изумрудное платье, рыжие локоны и открытая, чуть хищная улыбка. Княжна стреляла глазами по залу, словно выбирая, с кем бы сегодня поиграть в кошки-мышки.