Книга Воздушная кавалерия. Том 9, страница 62 – Джек из тени

— Ума не приложу, Кирилл. Возможно, местная полиция допустила утечку данных. Кибербезопасность в регионах, сам понимаешь, оставляет желать лучшего. Дыра на дыре.

— Да ладно? — граф усмехнулся. — А цифровые адреса, с которых идет заливка этих постов, случайно не маршрутизируются через подставные сервера в Швейцарии, к которым ты недавно просила доступ для «оптимизации торговых алгоритмов»?

Алиса тяжело вздохнула. Честные глаза сменились выражением профессионального пиар-менеджера, которого поймали на накрутке просмотров.

— Это называется формирование имиджа, босс, — ментальный голос Искина приобрел поучительные нотки. — Ты Аудитор. Тебя боятся до икоты. Это хорошо для работы паяльником в подвалах, но плохо для кулуарных переговоров. Страх парализует. А нам нужно, чтобы они сами несли тебе информацию. Образ могущественного графа, формирующего вокруг себя окружение из самых влиятельных невест Империи, очеловечивает тебя. Переводит из статуса «кровавый мясник» в статус «могущественный сюзерен, с которым можно и нужно договариваться». Я просто подогрела трафик. Конверсия сумасшедшая. Индекс цитируемости рода вырос на сорок процентов за сутки.

Кирилл прикрыл глаза, массируя переносицу. Цифровая богиня осваивала медиа-менеджмент с пугающей скоростью.

— Еще один такой вброс без согласования, и я перекрою тебе доступ к развлекательным форумам, — пообещал он. — Будешь сутками анализировать отчеты по выплавке чугуна.

— Поняла, осознала, больше не повторится, — Алиса изобразила пионерский салют и растворилась в интерфейсе. Но Кирилл готов был поставить свой титул: хвостатая врет, как дышит, прикрывшись доводом о заботе носителя, ловко обходя протоколы, пусть и балансируя на краю. И продолжит крутить местное инфополе, как ей вздумается.

Кортеж сбросил скорость. За окнами проплыли массивные кованые ворота резиденции, освещенные газовыми фонарями. На подъездной аллее уже выстроилась вереница дорогих автомобилей и экипажей. Швейцары в расшитых золотом ливреях распахивали дверцы.

Матвеев, ехавший на переднем сиденье, обернулся.

— Прибыли, ваше сиятельство. Периметр под контролем жандармов и ИСБ. Наших ребят пропустили только во внешний контур. Дальше — сами.

Кирилл кивнул, поправил манжеты строгого черного френча без знаков отличия — только платиновый жетон Аудитора тускло поблескивал на лацкане.

— Дамы, — он посмотрел на Елену и Наталью. — Готовы? Сегодня мы улыбаемся. Пусть думают, что у нас отличное настроение.

Елена опустила тонированное стекло, впуская в салон звуки вальса, доносящиеся из открытых окон дворца.

— Главное, чтобы они не забыли, почему мы улыбаемся, — ответила графиня.

* * *

Вечер был действительно томным. Сводчатые потолки главного бального зала отражали свет тысяч светильников, преломляясь в хрустале бокалов. Густой, насыщенный аромат дорогих европейских духов смешивался с запахом сигар, тянущимся из открытых дверей курительных комнат. Музыка играла легко, но ненавязчиво, создавая идеальный фон для того, зачем все эти люди здесь собрались.

Журналистам светских хроник, которых Стрешнев милостиво пустил на балконы второго яруса, открывалась картина всеобщего благоденствия. Камеры щелкали, фиксируя роскошные наряды, улыбки промышленников, чокающихся бокалами с чиновниками. Картинка уходила в столичные издания: Урал жив, Урал процветает.