Книга Воздушная кавалерия. Том 10, страница 131 – Джек из тени

Анастасия даже не повернула головы. Она проследовала к помосту, безупречно склонилась перед Цесаревичем и Трианой, произнесла положенные протоколом слова приветствия, а затем развернулась. Без малейших колебаний, игнорируя десятки протянутых бокалов и заискивающих улыбок, молодая княгиня направилась прямиком к боковой галерее. Туда, где стоял Кирилл.

Остановившись в трех шагах от Строганова, она плавно опустилась в церемониальном поклоне. Не придворном реверансе равной по титулу дамы — это был поклон верности.

— Рада приветствовать вас, Кирилл Андреевич, — негромко, но так, чтобы слышали ближайшие ряды «зевак», произнесла Анастасия. Голос не дрогнул. — Дела рода приняты. Документы готовы к аудиту.

По залу прокатилась новая волна сдавленных вздохов. Вассалитет! Публичный, недвусмысленный и демонстративный. Строганов стер в порошок старый род и за одну ночь собрал его заново, поставив во главе послушного, верного лично ему человека. Без шума, без открытого бунта, полностью в рамках закона Российской Империи.

— Добрый вечер, Анастасия Михайловна, — Кирилл слегка наклонил голову, окинув девушку спокойным, оценивающим взглядом. — Рад видеть, что вы нашли время почтить торжество. Позвольте представить: граф Гончаров. Илья, это княгиня Юсупова. Надеюсь, вы найдете общий язык в вопросах уральских поставок.

Мальчишка Гончаров, до этого испуганно таращившийся на черное платье княгини, неловко дернул плечами и неуклюже, по-мальчишески поклонился:

— Честь имею, ваше сиятельство…

— Бросьте эти церемонии, Илья, — мягко улыбнулась Анастасия, и в этот миг маска неприступной аристократки едва заметно треснула, обнажив измученную, но не сломленную девушку. — Мы с вами, кажется, теперь в одной лодке. И грести придется очень быстро.

— И желательно — веслами с оптическим прицелом, — весело фыркнула Наталья, подходя ближе и бесцеремонно приобнимая Анастасию за локоть. — Молодец, княгиня! Выглядишь потрясающе, у Мещерского сейчас инфаркт случится, он уже третий платок комкает.

— Наталья, где твои манеры, — негромко осадила ее Елена, но в глазах генеральской дочери читалось неприкрытое одобрение. Она протянула Анастасии бокал с шампанским, забрав его с подноса проходившего мимо слуги. — Держи, глоток не помешает. Ты держалась безупречно.

Первое напряжение медленно осело. Вокруг небольшой группы Строганова образовался своеобразный островок спокойствия. Анастасия, еще полчаса назад балансировавшая на грани истерики от груза свалившейся ответственности, под крылом Елены и Натальи заметно расслабилась. Девушки тихо переговаривались, пока Кирилл и Илья обсуждали технические нюансы новых печей.

А затем к их кругу потянулись люди.

Первыми рискнули подойти молодые офицеры и инженеры — та самая новая кровь, которую Трон целенаправленно тащил наверх. Капитан, служивший в передовых частях ПВО, подошел засвидетельствовать почтение Елене, вспоминая ее батюшку-генерала. Завязался живой, лишенный светской фальши разговор. Воронцова и Наталья мгновенно втянулись, обсуждая практическую баллистику строгановских автопушек и делясь армейскими байками с такой непосредственностью, что подошедшие следом военные наперебой сыпали терминами, забыв про сословные и другие рамки.

Анастасия оказалась в этой стихии незаменимым буфером. Стоило какому-нибудь скользкому столичному щеголю попытаться ввернуть шпильку насчет «быстротечности семейных трагедий» или намекнуть на сомнительность вчерашних событий, как молодая Юсупова с безупречной светской вежливостью размазывала наглеца по паркету. Она знала родословные, долги и тайные пороки столичного бомонда наизусть — сказывалась школа покойного дядюшки. Два-три слова, невинный вопрос о заложенных имениях визави, и незадачливый провокатор спешно ретировался под насмешливыми взглядами строгановских жен.