Книга Воздушная кавалерия. Том 11, страница 9 – Джек из тени

Стерильная зона приняла первых жильцов. Механизм имперской свадьбы, сцепленный из шестеренок страха, долга и колоссальных амбиций, набрал полные обороты.

* * *

Большая церковь Зимнего дворца и прилегающие к ней парадные анфилады были заполнены до отказа. Придворный протокол трещал по швам, не выдерживая масштаба события. Помолвка, «плавно перетекающая в экстренное венчание» наследника престола с иностранной принцессой, созвала в столицу такую концентрацию орденских лент и фамильных драгоценностей, что воздух казался физически плотным.

Гости прибывали непрерывным потоком, и каждый следующий лимузин пытался растоптать своим великолепием предыдущий.

Венецианские послы сменялись лощеными дипломатами из Берлина; австрийские эрцгерцоги, сверкая белыми мундирами и массивными золотыми цепями ордена Золотого Руна, брезгливо косились на представителей Североамериканских Соединенных Штатов в строгих черных фраках. Но истинный монарший вес мероприятие обрело тогда, когда церемониймейстер у входа в зал едва не сорвал голос, объявляя прибытие испанской делегации.

Гранды королевства шли клином. Черные камзолы в старом стиле, расшитые тяжелым серебром, родовые клинки в ножнах из крокодиловой кожи. Но не надменные гранды заставили притихнуть шепчущуюся толпу русских сановников.

В зал шагнул сам король Альфонсо.

Появление царствующего монарха стало громоподобным сюрпризом даже для опытных дипломатов. По канонам европейской политики правители редко покидали пределы своих столиц ради бракосочетаний детей — протокол предписывал отправлять послов, в крайнем случае, кого-то из семьи. За королем следовали двое его младших сыновей — инфанты Фернандо и Гонсало, подтянутые юноши в парадных морских мундирах, держащие руки на эфесах парадных шпаг. Старший же, наследный принц, остался в Мадриде — железной рукой удерживать престол, пока отец находился в гостях.

Лишь считаные единицы в этом зале знали подлинную причину, по которой старый король рискнул пересечь континент. Кровь убитых дворян в закрытых резиденциях и тайных особняках Мадрида начала остывать буквально недели три назад. Пакет документов, который Цесаревич Алексей передал Триане, испанская корона разыграла как по нотам. Без колебаний, без жалости и без оглядки на лицемерное международное право. Несколько влиятельнейших фамилий королевства просто перестали существовать в течение сорока восьми часов — одни «скоропостижно скончались от апоплексического удара», другие были заблокированы в фамильных замках верными полками. А дальше все покатилось по наклонной в течение многих месяцев. Колеблющиеся мгновенно вспомнили о священном долге перед правящей семьей, а преданные роды получили конфискованные верфи и рудники.

И теперь этот сухой, жилистый старик в строгом адмиральском мундире без лишней мишуры, опираясь на простую эбеновую трость, неспешно шел по русскому паркету. На его обветренном, дубленом южным солнцем лице блуждала мягкая, почти благостная улыбка любящего отца, но цепкие глаза оставались взглядом матерого, хладнокровного убийцы. Бета-Кинетик, лично рубивший мятежников в колониальных стычках, Альфонсо впитывал каждую деталь окружающего пространства, как богатства, так и предпринятых мер безопасности.

И то, что он видел, ему явно нравилось.