Книга Воздушная кавалерия. Том 11, страница 83 – Джек из тени

Толпа, ждавшая от русского очередных чудес, даже слегка разочарованно гудела. Лишь немногие полнимали, что перед ними демонстрируют высший пилотаж экономии сил на длинной дистанции.

После полудня арену снова перестроили. Двенадцать малых квадратов объединили в шесть просторных секторов — начались отборочные бои среди командных троек.

Первые два часа не принесли ни единой сенсации: фавориты из великих домов легко и предсказуемо раскатывали команды мелких провинциальных дворян. Трибуны лениво жевали закуски и пили охлажденную сангрию ровно до того момента, пока диктор не объявил выход на шестой сектор команды дома Эскобар против тройки барона де Вальверде — давнего делового партнера клана де Сильва.

Мартина поднялась на помост шестого сектора в сопровождении двух своих лучших бойцов с каменными лицами. На самой виконтессе были плотные черные брюки, высокие шнурованные ботинки и та самая приталенная куртка с высоким воротом.

Старший судья сектора — пожилой усатый кабальеро с седыми висками — шагнул к ней со сканером в руках, но вдруг замер в двух шагах. Ощупать руками и прибором двух рослых мужиков на предмет запрещенных артефактов для него труда не составило, но вот прикасаться к груди и бедрам прямой наследницы графского титула на глазах у всех зрителей старый служака откровенно побоялся. Испанский этикет в таких вопросах был суров: за излишнее рвение можно было и пулю от родственников получить после турнира.

Судья с сомнением и немой мольбой посмотрел на боковых арбитров. Мартина, моментально оценив заминку, насмешливо ухмыльнулась, уперев руки в бока, и по стадиону, видящему эту сцену на больших экранах, прокатились первые понимающие смешки.

Проблему решили в кратчайшие сроки: из судейского павильона под нарастающее веселье трибун спешно выбежала молодая девушка в форме представителя оргкомитета. Но едва она поднялась и открыла рот, чтобы попросить виконтессу расстегнуть верхнюю одежду для досмотра, как Мартина решила устроить собственное шоу.

Демонстративно, с вызовом глядя прямо в объектив парящей перед ней камеры трансляции, Эскобар одним резким движением распахнула куртку и сбросила ее на руки своему бойцу. А затем ее пальцы уверенно легли на верхние пуговицы рубашки, явно собираясь стянуть и ее прямо посреди арены, чтобы ни у одного судьи не осталось вопросов о спрятанной под одеждой оружии.

По мужской половине семидесятитысячного Колизея пронесся единый и очень громкий вздох. Тысячи биноклей мгновенно сфокусировались на шестом секторе. Усатый судья побледнел, судорожно вспомнив о королевской ложе и нормах общественной морали, и едва не сломав кнопку, ударил ладонью по управляющей консоли на своем поясе. Над шестым квадратом с тихим гулом мгновенно сгустилось молочно-белое поле, делая дуэльный купол абсолютно непрозрачным для внешних глаз.

Трибуны ответили на это синхронным, полным вселенской горечи и разочарования стоном, перешедшим в возмущенный свист в адрес рефери. В чате трансляции русские курсанты тут же потребовали «отправить судью на мыло и вернуть картинку народу».

Купол снова стал прозрачным лишь через две минуты, когда Мартина уже стояла в центре площадки, полностью одетая, застегнутая на все пуговицы и с крайне довольной ухмылкой на губах.