Книга Воздушная кавалерия. Том 11, страница 31 – Джек из тени

Где-то в цифровом пространстве, виртуальная кошкодевочка удовлетворенно потерла лапки, наблюдая за взрывным ростом запросов на акции компаний Строганова. Игра перешла на новый уровень, и правила в ней теперь диктовали они.

Стены зала тайных консисторий в мадридском Королевском дворце помнили времена, когда испанская пехота диктовала свою волю половине земного шара. Но сегодня вековой гранит, укутанный потемневшими гобеленами с выцветшими гербами Габсбургов и Бурбонов, глушил звуки иного толка. Тяжелые створки захлопнулись с коротким металлическим лязгом. Сработали запоры, отсекая зал от внешнего мира толщей кладки и двойным контуром артефактного экранирования.

За длинным столом из черного дуба уже собралась верхушка королевства. В том числе военный министр генерал де Кордоба, адмирал флота Мендоса, бледный, словно залежалый пергамент, министр финансов сеньор Вильялобос, двое высших чиновников Тайной канцелярии и командующий королевской жандармерией.

Справа от пустующего монаршего кресла сидел старший наследник престола — инфант Карлос, принц Астурийский. Тридцатилетний гигант с тяжелой челюстью и холодными глазами военного моряка. На Карлосе был строгий мундир испанской морской пехоты без наградных колодок, воротник расстегнут, а на массивных костяшках пальцев темнели следы старых ожогов от пылевых разрядов. Карлос был тем самым молотом, который удерживал столицу железной хваткой, пока отец занимался политикой, в том числе за пределами королевства.

Но взгляды министров и генералов были прикованы не к наследному принцу. В дальнем конце стола, небрежно откинувшись на спинку кресла, сидел младший сын короля — инфант Фернандо. И вот его вид вызывал у присутствующих стойкое ощущение сюрреализма.

В Мадриде двадцатидвухлетнего принца знали исключительно как головную боль двора и любимца скандальной хроники. Повеса, завсегдатай закрытых игорных клубов в предместьях Толедо, дуэлянт, певец серенад под балконами замужних герцогинь и главный поставщик поводов для инфарктов у начальника столичной жандармерии. Человек, который на любых официальных мероприятиях демонстративно зевал, листал ленты в личном коммуникаторе или сбегал через черный ход при первой возможности.

Сейчас перед министрами сидел совершенно другой человек.

Никаких шелковых шейных платков, кричащих жилетов или перстней с редкими рубинами. Фернандо был одет в строгий, застегнутый на все пуговицы темно-серый костюм английского кроя. Ткань плотная, лишенная даже намека на блеск. Волосы гладко зачесаны назад и схвачены коротким ремешком на затылке. Пальцы младшего инфанта лежали на полированном дереве стола абсолютно неподвижно. Ни суеты, ни ерзанья в кресле. Ни единого взгляда в коммуникатор, который лежал рядом с его локтем экраном вниз. Взгляд темных глаз принца был собранным и предельно трезвым.

Двойные двери в торце зала с тихим шелестом разошлись. В зал вошел король Альфонсо.

Монарх был в простом адмиральском кителе без золотого шитья. В руке — неизменная трость из темного эбенового дерева. Альфонсо шагал быстро, чуть припадая на правое колено, но в каждом его движении сквозила та самая пружинистая легкость сильного Бета-Кинетика, пережившего десяток покушений.

Присутствующие синхронно поднялись на ноги, склонив головы. Фернандо встал первым. Без театральной спешки, четким армейским движением он обозначил идеальный протокольный поклон отцу, а затем повернулся к старшему брату.