Книга Меж двух огней, страница 100 – Артём Март

Самсонов начал доклад:

— Товарищ старший лейтенант… Когда мы взобрались на гору, то…

— Короче, — строго сказал Муха, — об остальном потом. Что было здесь?

Солнце видно не было. Лишь небо розовело, обозначая, что где-то там, за горными массивами, начинается рассвет.

В горах было тихо. Здесь стояла какая-то странная, почти гробовая тишина. Тишина, которая бывает, когда миновала жестокая, невероятной силы буря. Даже злой, горный ветер, казалось, не осмеливался нарушить эту тишину.

В воздухе стоял упрямый, неприятный запах гари, исходивший от мертвых автомобилей.

Пограничники из отделения Самсонова стояли в шеренге, но Муха не отдавал команды смирно. Он видел смертельную усталость на их лицах. А еще — что отделение выстроилось не в полном составе. Не было Бычки и Селихова.

Муха подозревал самое плохое.

— Есть, — Самсонов вытянулся по стойке смирно.

Муха видел, что даже такое простое движение далось ему с трудом.

— Товарищ старший лейтенант. Докладываю обстановку. Колонна противника, пять единиц автотехники, уничтожена. Личный состав противника ликвидирован. Имеются трофеи: стрелковое вооружение, боеприпасы.

Муха нахмурился.

Самсонов чеканил отчет. Слова легко отскакивали от зубов, но солдат говорил монотонно, как-то автоматически выдавая заученные в сотнях докладов до этого формулировки. Он говорил так, будто на простые и нормальные человеческие эмоции и интонации у него не было больше сил.

— В ходе зачистки местности противник оказал сопротивление. Один военнослужащий противника, предположительно американский инструктор, скрылся в горном массиве, — продолжал Самсонов. Муха не перебивал, — Старший сержант Селихов принял решение о его преследовании. В ходе перестрелки рядовой Бычка получил смертельное ранение. Тело эвакуировано к месту сбора. Личный состав группы выполняет задачу по охране трофеев и контролю местности. Доклад окончен. Готовы к выполнению дальнейших приказаний.

Муха отвел взгляд. Весть о смерти очередного бойца больно кольнула. Но Муха сдержал эмоции. Однако даже после этого ему стало стыдно за излишнее проявление строгости к сержанту.

Старлей прочистил горло. Оглянулся на остальных пограничников, спешившихся с мерно урчащих двигателями БТРов, застывших на дороге за его спиной.

— А где… — Муха снова прочистил горло, заметил, что голос его звучит неестественно сипло, — А где сам Селихов?

Самсонов опустил глаза. Шмыгнул носом и обернулся. Посмотрел на остальных пограничников его отделения. Те стояли смирно. Хранили молчание.

— Не могу знать, товарищ старший лейтенант, — проговорил Самсонов, не заглядывая Мухе в глаза.

— Куда он делся, Гриша? — спросил Муха гораздо более спокойным, однако полным беспокойства голосом.

— Он… Он ушел, — сказал Самсонов тихо.

— Как это… Ушел?

— Вот так. Взял автомат, патронов, немного воды и ушел. В горы. Приказал нам охранять груз, а еще… — Самсонов обернулся, посмотрел на Пчеловеева.

Муха сам удивился тому, что только сейчас заметил небольшой алюминиевый кейс, стоящий у ног Пчеловеева.

Пограничник медленно, устало опустился. Поднял чемоданчик и поднес его Мухе.

— Это было при американском инструкторе, — докончил Самсонов. — Саша… Товарищ старший сержант Селихов приказал нам охранять и это. Как зеницу ока охранять.