Книга Осень в Российской империи, страница 70 – Игорь Евдокимов, Александра Лавалье, Тимур Суворкин, и др.

— Может, пробьем? — выступил с радикальным предложением Павел.

— Мне нравится направление твоих мыслей, но пока не стоит. Хотелось бы разведать тут все и убраться, не оставив следов для Золотовых. Раз есть тайный ход, то должен быть и механизм, его открывающий.

Однако усилия обнаружить его оказались тщетными. Корсаков с Постольским осмотрели все гробы, все статуи, все стены, прожали множество подозрительных кирпичей — все без толку.

— На совесть работали, поганцы, так и придется ломать, — раздраженно проворчал Корсаков и оперся на ближайшую статую ангела. Та слегка качнулась, чуть не заставив его потерять равновесие. Раздался щелчок. Стена вздрогнула и со скрежетом начала открываться, будто тяжелая дверь.

— Или не придется, — уже веселей объявил Владимир и благодарно похлопал статую по голове. — Спасибо, барышня!

За дверью оказалась лестница, уводящая куда-то вглубь земли. Корсаков извлек из кобуры револьвер, перехватил поудобнее фонарь и начал спускаться.

— Постой, — позвал его Павел. — Разве не надо закрыть дверь?

— Возможно, но вряд ли Золотовы решат навестить склеп в пять утра, — сказал Корсаков. — А если мы встретим внизу что-то непредвиденное… Что ж, мне бы хотелось иметь за спиной открытую дверь, а тебе?

Спорить Постольский не стал. Они спустились вниз и наткнулись на коридор, едва освещенный вставленными в ниши вдоль каменных стен лампами. Керосин в них почти прогорел. Корсаков закрыл заслонку фонаря и двинулся вперед. Вскоре им встретился поворот под прямым углом.

— Тоннель рыли специально, а не просто воспользовались найденной каверной, — констатировал Павел. — В природе таких поворотов не бывает.

Владимир молча кивнул.

В конце коридора их ждала массивная дубовая дверь, закрытая на два внушительных засова. Корсаков и Постольский нерешительно остановились перед ней.

— Ну, что бы ни скрывали Золотовы, оно за этой дверью, — констатировал Владимир. — Заглянем сами или вернемся в город и вызовем подмогу у твоего начальства?

— А ты как считаешь? — спросил Павел.

— Мое любопытство не знает границ, но мы сейчас не об этом. С официальным расследованием прислали тебя. Ты и решай — открываем или уходим. По ту сторону двери может оказаться все что угодно.

Постольский помедлил и посмотрел на приятеля. Корсаков оставался серьезен. Павел понял, что Владимир не шутит — он правда предоставил ему принять решение самостоятельно. Поручик задумался. С одной стороны, Корсаков прав — за дверью может оказаться все что угодно. С другой… С другой — ему совсем не хотелось вызвать подкрепление, вломиться в склеп — и ничего не найти. Нет, он должен был выяснить, скрывается ли что-то за дверью. И если да, то что.

— Открываем, — решился Постольский.

— Хозяин — барин, — шутовски поклонился Корсаков.

Вместе они открыли оба засова и с некоторым усилием потянули на себя тяжелую дверь. Та нехотя поддалась, скрипнув так, словно жаловалась на незваных гостей. Внутри их ждала кромешная темнота. Вырвавшийся в коридор запах заставил их гадостно поморщиться. Воняло сыростью, гнилым мясом и еще чем-то, что обоняние не могло разобрать.

Из глубины донесся тихий, едва различимый шорох, будто кто-то двигался там медленно и осторожно. Постольский невольно поднял револьвер, а Корсаков прищурился, стараясь разглядеть хоть что-то в этой тьме.