Книга Изгнанник, страница 21 – Женя Гравис

Интересно. Соня почему-то считала, что они не знакомы между собой или просто не общаются. А сценка выглядела так, будто эти двое разговаривают не впервые. По крайней мере, ощущение сложилось именно такое.

У служащей почты Соня напоследок узнала еще кое-что – адреса двух ломбардов Соваты. Милая барышня даже набросала ей на листке схему, как найти оба. Оказалось, они находятся совсем недалеко. Все-таки Совата – это не Москва, где в некоторые отдаленные районы приходится добираться по полдня.

Соня посетила оба ломбарда за полчаса. Очень кстати там пригодились навыки рисования и снова знание латыни, поскольку хозяева ломбардов говорили только на родном языке. Рисунок медальона и надпись argentum сразу поняли оба владельца. И оба, к сожалению, ответили отрицательно. А второй еще и произнес длинную фразу, из которой Соня уловила лишь слова Jandarmul Petrescu.

Что ж, все-таки станционный жандармский сержант оказался не таким лентяем, как она могла подумать. И свою работу худо-бедно выполнил. Разве что никакого результата она пока не принесла.

— Лечебные грязи суть сложные природные смеси органических и минеральных веществ, – читала Соня вслух брошюру о пользе грязелечения. – Сии студенистые образования содержат целебные субстанции, благотворно влияющие на организм.

Тетушка и фрау Марта, лежавшие слева и справа на кушетках, вяло кивали. Шевелиться им было сложно – обе были намазаны целебными грязями от шеи до поясницы и накрыты теплыми одеялами. Соня могла лишь представить, как немилосердно чешется кожа под такой «шубой». Ей всего-то достались грязевые «сапожки» на ступни – и то после долгих уговоров. И ноги от лечения зудели довольно безжалостно. Так что она нет-нет да и чесала украдкой одну ногу о другую.

А Леокадия Павловна и Марта Грубе лежали спокойно и даже улыбались: одна вследствие институтского воспитания, а вторая – врожденного немецкого стоицизма.

Соня прервала чтение, достала платок и отерла вспотевший лоб. В отделении лечебной бальнеологии было тепло и душно – как в остывающей бане. Впрочем, обстановка скорее походила на римские термы, потому что на полу и стенах было не дерево, а белый мрамор с серыми прожилками. Тут и там на кушетках лежали дамы разной степени «загрязнения» и укутанности. Одна даже смело погрузилась в грязевой раствор по шею. Чуть поодаль принимали ванну с подогретой озерной водой другие гостьи санатория. Неслышно сновали вокруг медсестры со стаканами теплой пузырящейся воды.

В общем, скука была смертная, а вода – невкусная, что не помешало тетушке и фрау Марте выпить по три стакана. Софья пообещала себе, что больше ногой сюда не ступит, вздохнула и продолжила чтение.

— Целебное действие природных лечебных грязей было известно еще древним египтянам. По своему врачебному эффекту грязелечение не уступает лечению лекарствами, а в некоторых случаях даже превосходит его. – Она прервалась на середине абзаца. – Нет, ну это уже совсем спорное утверждение.

— Отчего же? – откликнулась Марта Грубе. – Доктор Август фон Шламм из Баден-Бадена сочинил чудесный трактат о грязелечении – он лично объездил больше двадцати курортов и знает, о чем говорит. Как же он писал… «Аптекарь облегчает страдания, а целебная грязь предотвращает оные». Вы согласны, фрау Леокадия?