Книга Изгнанник, страница 124 – Женя Гравис

В общем, жандарм Тот оказался совсем не страшный, не то что Дед Усы. И еще сказал, что Митруц теперь «важный свидетель». После таких слов он чуть не раздулся от значимости – вот, выходит, какой он нужный всем человек.

Ленута почему-то так не считала и пару раз назвала Митруца «обормотом». Сердилась за что-то, но не сильно. Иначе не катала бы в свой выходной день тесто для вареников. Митруц прислушался – на кухне жужжали мухи, булькала вода и тихо постукивала о стол скалка.

— Эй, есть кто-нибудь дома? – раздался вдруг голос с улицы.

Митруц выскочил во двор – возле дома стояла рыжая Соня. Ленута тоже высунулась из окна, ахнула и выбежала наружу, на ходу вытирая о фартук руки в муке.

— Здравствуйте! – затараторила она. – А я как раз собиралась в санаторий заглянуть, но раз вы сами пришли… Митруц, переведи.

Он перевел, а Ленута посмотрела на него очень строго и велела:

— А теперь сделай то, что обещал капитану Тоту. Иди принеси.

Он глубоко вздохнул, опустил плечи и через несколько минут вернулся с бархатным ридикюлем. Протянул его рыжей:

— Вот. Тут все как было. Только конфеты я съел.

Она открыла сумочку, достала блокнот, карандаш, помятые фотокарточки, которые Митруц так и не смог засунуть обратно в медальон. Потом вынула сам медальон, медленно взвесила его на ладони и обвела взглядом дом и двор. Глаза у нее почему-то стали грустные, и Митруц не понял почему. Радоваться надо, что все вещи на месте. Потом она все же убрала медальон в сумку и сказала:

— Спасибо, что вернул.

— Что нужно сказать? – строго спросила Ленута.

— Извини, – неловко пробормотал Митруц. – Я больше так не буду.

— Я не сержусь на тебя, – улыбнулась рыжая. – Я знаю, что ты не со зла это сделал.

Сестра сложила руки пирамидкой и начала долго извиняться перед рыжей. Митруц даже переводить не стал эту стыдную речь. А рыжая часто кивала, а потом вдруг крепко обняла Ленуту и погладила по волосам.

«Сейчас они плакать начнут», – подумал Митруц. Но этого, к счастью, не случилось. Рыжая вдруг всплеснула руками, залезла в большую сумку, с которой пришла, и вытащила книгу. Протянула Митруцу:

— Я же с подарком пришла! Вот, это тебе, как и обещала.

На обложке было много неизвестных букв, но, увидев картинку, Митруц все понял и очень обрадовался:

— Это про мальчик Тома, да?

— Про него. Я хочу приехать через год и очень надеюсь, что ты к тому времени сам ее прочитаешь и расскажешь, в какие приключения он попал.

— Ладно, я попробую. А ты уже уезжать?

— Завтра. Вот, зашла попрощаться.

— Ну тогда пока. Приезжай еще.

— Пока, Митруц. Я очень рада, что мы с тобой познакомились. До свидания, Ленута. Спасибо вам.

— Доброго пути!

Когда рыжая ушла, Митруц тут же устроился с книжкой прямо за кухонным столом.

— Испачкаешь же! – заволновалась Ленута, раскатывая скалкой тонкие блинчики теста.

— Не-а, я аккуратно. – Он ладонью смахнул в сторону просыпанную муку и незаметно стянул кусок сливы в сахаре из миски с начинкой. – Смотри, это мальчик Том. Он в Америке живет. У него есть злая тетка и друг Гек. Вон он, в рваной шляпе нарисован.

— Вижу, такой же шалопай, как и ты.

— Я актером стану, когда вырасту. В театре.

Ленута улыбалась и лепила вареники, ловко защипывая края. А Митруц разглядывал картинки в книжке, и ему было страшно любопытно, во что еще играл мальчишка Том и какие придумывал шалости. Судя по картинкам, жизнь у него была что надо.