Книга Тихий дом в Кедровом тупике, страница 73 – Анна-Лу Уэзерли

— Доброе утро, босс. У вас измотанный вид. – Мюррей ничуть не приукрашивает.

— Мюррей, говори то, что думаешь. Ты у нас наблюдательная. – После этого я обращаюсь к команде: – Итак, дадим выступить Мюррей. Быстренько введи меня в курс дела.

— Технический отдел дал историю звонков и переписки Миллсов, – говорит Мюррей, – очень интересное чтение. – Она многозначительно изгибает бровь. – Поток душевных излияний жены в адрес почившего мужа охватывает долгий период. Пусть они и Миллсы, но их семейная жизнь была совсем не такой сладкой, как в романтических книжках издательства «Миллс и Бун».

Я, слегка кивая, даю понять, что по достоинству оценил ее игру слов, и слышу, как кто-то произносит: «Бум, бум».

— Между прочим, босс, чтение довольно депрессивное, но там ничего нет. Ни прямых угроз его жизни, ничего, что могло бы насторожить. Однако ясно, что сердце было разбито у Лори Миллс, и связь мужа, вернее, его связи, были для нее настоящей пыткой.

Если Мюррей ждет, что я удивлюсь, то ей придется ждать долго, потому что для меня это совсем не открытие. Все, что я знаю о Роберте Миллсе, говорит о том, что он был заправским бабником.

— Покойный, однако, гм, скажем так: он не сильно раскаивался. Я бы сказала, он, судя по его ответам, ни капли не сожалел о своих изменах. Бессердечный мерзавец, если хотите знать мое мнение. – Она бросает на меня ироничный взгляд. – Ясно также и то, что почти постоянно он презирал Лори Миллс, несмотря на все, через что ей довелось пройти. Хотя временами он бросал ей жалкие крохи надежды на примирение: то тут, то там попадаются причудливые спасательные круги, за которые она, вероятно, и цеплялась. Очень жестоко – обещать ей начать все сначала, не имея ни малейшего намерения на это, говорить ей, что он все еще любит ее… и морочить ей голову всякой чепухой и ложными обещаниями. Неудивительно, что это постепенно сводило ее с ума. Будь это мой муж, я бы вышвырнула его из дома сразу, как только узнала бы про его грязные делишки. Но Лори Миллс, как оказывается, отличало всепрощение. Глубочайшее всепрощение. Она все еще хотела сохранить с ним брак даже после всей лжи и обмана и после ужасной аварии.

— Травматическая привязанность, – говорю я. – Стокгольмский синдром. Это нередкое явление в уничижительных отношениях.

Мюррей вздыхает и кладет папки на мой стол.

— Бо́льшая часть сообщений, отправленная с телефона Лори Миллс, была адресована Роберту или подруге, Монике Льюис, так? Есть еще несколько в адрес Сары Уэллс – похоже, это ее психотерапевт. В общем, она примерно полтора года назад деактивировала все свои аккаунты в социальных сетях – похоже, после аварии. На ее компьютере есть пара домашних видео, на которые, наверное, вам стоило бы взглянуть. Видео со свадьбы, а еще недавний ролик, что-то вроде вечеринки в загородном доме вместе с покойным, она тогда была беременна.

Я киваю.

— С компьютера Роберта Миллса удалось что-нибудь выцепить?

— Ну, босс, тут чуть другая история.

Я так и думал.

— Бессчетное количество текстовых и электронных сообщений в телефоне и на почте – это переписка с его любовницей, Клэр Райт… хотя, как выясняется, она была не единственной счастливицей. Наш мистер Миллс был еще тот ходок: флирт по переписке в электронной почте с женщинами, с которыми он общался по работе, с моделями и стилистами, в общем, все в таком роде; с женщинами, с которыми он поддерживал связь с соцсетях; с бывшими, с которыми он встречался время от времени. Короче, ему точно нравилось не ограничивать себя в выборе, когда дело касалось женщин. Есть одна, Линна Джордж. Похоже, между ними что-то произошло, причем что-то не очень хорошее.