Книга Сага о Школе вождей, страница 46 – Дмитрий Емец

— Чудила была всего одна. Древневидло трёхглавое. Другое название – горын полевой, – сказал Кузя, взглянув на траву.

— Чего? – переспросил Рюрик, перестав размахивать секирой.

— Древний, почти вымерший вид… Горын полевой летает медленно и только на короткие расстояния. Слишком жирный. Перелетел, сел. Но огневая мощь у него солидная. Всё-таки три глотки.

Тень не верила.

— Почему горын? Докажи!

— Три выжженных пятна на равном удалении. Подвис на малой высоте. Коня придавил лапой. Вон след когтя и хвоста. Может, и пастуха за компанию прихватил. И на траву посмотри… Земля спеклась. Пламя у древневидл бешеное. Магии тогда полно в мире было, и они её запасали. Вот!

Кузя постучал по земле, она отозвалась как пустой глиняный горшок.

— И место для горына в самый раз. Окраины скал. В скалах можно прятаться, а тут охотиться. Далеко он не улетает.

Теперь Кузе не возражала даже Тень, которая жить не могла без хорошего спора. Она только деловито уточнила:

— На нас не нападёт?

— Он наелся. Теперь около месяца будет переваривать. А потом нападёт, конечно, если случай подвернётся. Но плюс в том, что других крупных чудил тут рядом не окажется. Горыны свою охотничью территорию хорошо охраняют. Не разгонишь конкурентов – не прокормишься. А огнемётность у них такая, что дураков нет связываться, – со знанием дела сообщал Кузя.

Тень смотрела на него с восхищением.

— Откуда ты всё знаешь?

— Книга и мама, – нехотя буркнул Кузя и замолк.

Рюрик толкнул Тень локтем.

— Про маму не спрашивай! – прошептал он. – Она у него была знахарка. Травы искала, много всего знала, его читать научила, а потом… С древневидлой там какая-то история вышла. К клубню прилипла её чешуйка. Мама не заметила, сварила клубень в котле, съела… ну и погибла, короче… Он не любит об этом.

Кузя направился в степь. Прошёл метров сто и присел на корточки. Тень и Рюрик догнали его. На траве лежала жареная овца. Совсем недавно зажаренная. Выглядела она так, словно её только что сняли с вертела, собираясь подать к столу. Местами ещё дымилась и источала великолепный аромат.

— Свежая! Значит, горын пролетал здесь совсем недавно, – сказал Кузя, и они тут же, не сходя с места, устроили пир.

Рюрик так объелся, что мог только вращать глазами.

— Сразу предупреждаю, что после еды я всегда тупею! – заявил он, икнув.

— Спасибо, что предупредил. Ты и голодный не блещешь умом! – мгновенно нашлась Тень.

Сама она в еде разве что немного отставала от Рюрика. Да и Кузя трескал за обе щеки. В конце концов, сколько дней им пришлось голодать!

— У древневидлы трёхглавой несколько видов огня, – объяснял Кузя с набитым ртом. – Есть огонь тонкий и горячий, которым она других чудил издали отгоняет. Бывает огонь, которым она вблизи дышит, чтоб добычу не спалить. Вот и на нашу овцу она только пыхнула с налёту, а после наелась и вовсе о ней забыла.

— Древневидлами многие чудилы первомира называются! – сказал Рюрик. – Они почти все большие и малость тормознутые. Нынешние чудилы порезвее, поменьше и магии в них такой нет. Зато древневидлы одно яйцо в столетие кладут, а нынешники – яйцо в год. Вот и вытеснили.

Кузя и Тень промолчали. Рюрик обожал с важным видом сообщать очевидные вещи. Уже в этом проявлялся почерк будущего великого вождя. Рюрик воспринял молчание как одобрение.