Книга Человек-крыса. История маньяка Цутому Миядзаки, страница 23 – Фумия Итихаси

Однако были ли эти занятия источником счастья для Миядзаки? Необязательно. Страх перед недостатком ладоней не проходил. «Я искал в энциклопедии слово «физический недостаток», узнал, что это означает «уродство», и расстроился. На уроках проходил генетику, и поскольку у родителей ладони были нормальные, я понял, что я урод» (из показаний). В первом классе начальной школы его отдали учиться игре на пианино, с третьего класса дали отдельную комнату, и с тех пор он стал замыкаться в ней и читать комиксы. А в пятом классе Кацуя купил ему игровую приставку.

Принесла ли ему счастье жизнь, ни в чём не знающая отказа? В углу выпускного альбома средней школы он написал по-английски маленькие слова: «Both you and I have a friend» («У тебя и у меня есть друг»).

Кстати, когда оглядываешься на его жизнь с детства до окончания средней школы, бросается в глаза, что с определённого момента появляются свидетельства о его странных поступках.

Например, по словам матери Риэ, рассказанным эксперту Хасасаки, в четыре года он обобрал все сливы у соседей, кроме того, самовольно срывал овощи с поля, бросал камни в стеклянные двери домов. Если это правда, значит, Миядзаки с детства был «плохим парнем». Но рассказ о сливах и овощах относится к возрасту 6–7 лет, и это было всего лишь обычное для деревенских детей баловство: он немного сорвал и съел. Что касается камней, то он бросал их не только в стеклянные двери, но и целился в головы девочек — по-видимому, на самом деле он просто кидал камни и случайно попал в девочку.

Кроме того, есть свидетельство соседки, что в старших классах начальной школы Миядзаки «одним летним днём поймал несколько десятков стрекоз, сел на речке за домом и одну за другой вырывал им крылья». Эта информация в сочетании с другими сообщениями была признана аномальным поведением. На предварительной экспертизе Миядзаки так объяснил это поведение: «Это не от злости (на недостаток своих ладоней). Если бы из-за этого, я бы отрывал только кисти. Стрекозы и лягушки мучаются, потому что родились не людьми. Я убивал их, чтобы избавить от страданий», — тем самым подтвердив свою аномалию.

Появилось множество других свидетельств жестокости: «С детского сада любил лазать по деревьям и взрывать петарды, часто убивал ими лягушек и жуков»; «В четвёртом классе начальной школы смотрел с трепетом, как тонет в воде попавшая в мышеловку мышь»; «Тогда же он раздавил свою ручную японскую амадину и похоронил, но потом стало жалко, откопал и погладил косточки»; «В девятом классе я видел, как Кина (Миядзаки) душил кошку, зажав её шею между ног. Кошка уже слабела, еле дышала, я заставил его отпустить. Удивился, как такой тихий Миядзаки мог такое сделать».

Также «в средней школе Миядзаки увлечённо рисовал комикс, где главный герой из-за несчастного случая оставил ногу вне машины времени и потерял её. В последней сцене он возвращается в настоящее и с улыбкой говорит: «Ногу я оставил в прошлом» — такой странный сюжет». Однако, кроме истории со стрекозами и лягушками, остальные сведения оказались преувеличенными, подтвердить факты не удалось; некоторые были слухами, распространившимися после событий под влиянием СМИ и его показаний в суде.

Особенно это касается фрагмента из экспертных заключений: «У подсудимого Миядзаки в юности была привычка к необычной пище — он ел лягушек, змей и личинок ос». Но лягушки, змеи и личинки ос с древности были важным источником пищи в горных районах, и это отнюдь не было необычной едой. Тем не менее, этот факт, похоже, использовали как «инструмент» для подчёркивания аномальности Миядзаки. Когда спросили самого свидетеля, он сказал: «Речь о необычной пище — это о моём детстве; может, я и пытался дать Миядзаки жареную змею, но, помнится, он не стал есть. И я никогда никому не говорил, что Миядзаки питается необычной пищей. Если это передали иначе, то это близко к выдумке».