Книга Сбор урожая, страница 48 – Данияр Сугралинов, Денис Ратманов

К Свете он приехал около шести, на всякий случай прихватив из гаража две канистры бензина. Рокот всегда смотрел на него как на умалишенного, и был уверен, что у Виктора в лесу есть несколько замаскированных копанок на случай, если придет БП, то есть большой песец.

Света открыла дверь, посмотрела на дробовик в чехле, на мачете и округлила глаза.

— Витя, что это за фигня?

— Ружье.

— Я вижу, что ружье. На кой черт ты его принес?

— Ден просил, — проговорил Виктор. — На квест. У него сегодня какой-то квест для нас.

— Какой еще квест?

— Он тебе не сказал?

— Он мне вообще ничего не сказал. — Света отступила, пропуская его в квартиру. — Он велел Ване беречь маму. Ване, Витя. Ему восемь лет. «Ты за старшего, это ненадолго». И связь оборвалась.

Из комнаты вылетел Ваня — в носках и трусах, с телефоном матери.

— Дядя Витя! Папа сказал беречь маму! Я за старшего!

— Слышал, — кивнул Виктор. — Молодец, что запомнил.

Не разуваясь, он сел на табуретку в прихожей.

— Свет, что он тебе сказал? Слово в слово.

— Про погоду спросил. — Она сама, похоже, не верила тому, что говорит. — Понимаешь, Витя? Позвонил с Филиппин узнать, какая у нас погода. Я ему ответила. Он послушал. Потом попросил Ваню. И Ване — вот это, про маму. И все, гудки.

Виктор сравнил новые вводные со своими двумя сообщениями — час, адрес, оружие. Ни в разговоре, ни в сообщениях не было объяснений. Но и там и там Рокот говорил так, будто прощался.

— Он пьяный? — жалобно спросила Света.

— Не похоже, — покачал головой Виктор. — Пьяный он пишет длинно и с ошибками. Тут ошибок нет ни одной.

— Тогда что с ним?

Виктор не знал, но чуял неладное. Он достал из кармана телефон, набрал Дена еще раз и показал ей экран: абонент недоступен.

— Тебе он позвонил, а мне не отвечает, блин, — посетовал Виктор, убрав телефон. — Свет, я не знаю, что происходит. Может, ничего. Но давай так: до семи мы сидим здесь, я показываю тебе, как держать мелкашку.

— А если что-то происходит? — спросила Света.

— Тогда я хочу быть не в многоквартирном доме с одним выходом, — ответил Виктор. — А где-нибудь, откуда можно уехать.

Она долго смотрела на него, потом кивнула:

— Ладно. Показывай свою мелкашку.

Он показал, как держать, куда смотреть, где предохранитель, что нажимать. Света осторожно держала «тозик», повторяла за Виктором, ворча, что непонятно, зачем ей это все. Ваня крутился рядом и просил дать подержать ружье. Виктор не дал.

— Это мамино, — сказал он. — Я ей привез. Мама будет защищать тебя, а ты — слушаться маму.

— А ты? — спросил Ваня.

— А я буду защищать вас обоих, — сказал Виктор.

В семь ничего не произошло. За окном горели фонари, во дворе не могла развернуться пустая маршрутка, в соседней квартире включили телевизор. Света посмотрела на часы, потом — на Виктора.

— Ну вот, — развела руками она. — Дурак твой Рокотов. И ты с ним.

Виктор прислушался к себе. Тревога не проходила, хотя назначенный час уже миновал.

— Согласен, — кивнул Виктор и встал. — Одевайтесь.

— Куда мы едем? — спросила Света.

— Поедем ко мне, просто на всякий случай. Утром привезу вас обратно, и можешь со мной потом не разговаривать.

Света посмотрела недоуменно на Ваню, на ружье в чехле, на лицо Виктора и, наверное, тоже почуяла неладное.

— Возражения не принимаются, — припечатал он.