Книга Повелитель Стихий. Том 2, страница 60 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

А потом горизонт упёрся в гряду.

Смотреть на неё было неуютно. Пики стояли перекрученные, будто кто-то смял горный хребет ладонью и бросил застывать как получится. В склонах зияли сквозные дыры размером с городской квартал, от подножий к вершинам расползались трещины шириной с улицу, а над всем этим нависали утёсы, державшиеся, судя по виду, на честном слове и толстом слое наледи.

Шрамы такого размера оставляет только битва единённых. Причём сил такого порядка, что Старб с его огненным копьём потянул бы здесь разве что на искру от костра. Прикинул масштаб воплощений, перекроивших целую гряду, и уважительно присвистнул. Похоже, у пика Смерти имелась богатая биография, а картографы со своей двойной красной рамкой откровенно поскромничали.

Сам пик отыскался довольно быстро — чёрный клык возвышался над соседними обломанными вершинами, выглядя один в один, как своя миниатюра на карте.

— Наставник, — тихо спросил Тобиас, задрав голову. — А нам куда?

— Наверх.

— Наверх? Это… куда?

Вместо ответа просто показал. Палец упирался почти в самое небо, где среди рваных вершин гулял ветер. И судя по звуку, который издал толстяк, где-то в глубине его души только что скончалась надежда на спокойную поездку.

Снегоходы мы загнали в разлом у подножия и завалили сверху снегом. Дальше техника была бесполезна — в дело шли ноги, руки, голова и немного воли.

— Наставник, — Тобиас с тоской проводил взглядом исчезающий под сугробом транспорт. — А как же снаряжение? Вы не говорили взять мне никаких приспособлений для альпинизма! Верёвки там, ледорубы… У меня и обвязки под мой размер…

— Снаряжение у тебя с собой.

— Где⁈

— Везде, — я обвёл рукой воздух. — Ты единённый, Тобиас. Пора извлекать из этого пользу.

Идея ученику понравилась. Ровно до первого склона.

Правила подъёма я выдал простые. Оступился — воздушная подушка под ногу. Пополз назад — слабый кулак в спину. И если хочется достойно потренироваться, то стоит постоянно держать серп под каждой из подошв, используя его в качестве своеобразного аналога альпинистских кошек.

Напоследок добавил коротко — сорвёшься, ори громче, остальное сделаю я. И к сожалению, первые метров сто Тобиас пользовался исключительно этим советом.

Бошка к концу часа уже ныла, как грузчик под вечер смены. В ученике сидело добрых два с половиной центнера, и падать он предпочитал внезапно и всем телом сразу. Поэтому я сам успел проклясть свою идею несколько раз, уставая чуть ли не сильнее пыхтящего позади пончика. Вероятно, стоило бы всё-таки взять на него снаряжение — раз за разом чувствовать себя рыбаком, поймавшим на крючок моржа, оказалось довольно тяжео.

— Наставник, — пропыхтел ученик после очередного спасения. — А как вы так меня раз за разом успеваете подхватывать?

— А сам как думаешь? Опыт. Дойдешь до моей грани, тоже так сможешь.

По лицу Тобиаса было видно, что он проникся энтузиазмом, и падать от этого стал вдвое охотнее.

— Ты давай-ка не разгоняйся, — очередной раз вытащив толстяка с отвесного участка скалы на ровное плато, решил его чуть утихомирить. — У меня так стихийная сила кончится. И там тебя уже никто не спасет.

Это предупреждение оказалось на удивление эффективно. Привыкший к стабильным спасениям толстяк сбледнул, и начал гораздо больше вкладываться в безопасность.