Книга Повелитель Стихий. Том 2, страница 12 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

— Ненавижу, когда со мной так разговаривают, — сообщила Ариэлла потолку.

— Знаю. Кристалл в неделю плюс все расходы на его кормежку. Сомневаюсь, что он будет довольствоваться простым кормом.

— Десять осколков, — она вздёрнула подбородок. — И только потому, что я к тебе хорошо отношусь.

Было видно, что малявка торгуется со мной чисто из вредности. Что кристалл, что два, что десять вряд ли имели для неё хоть какую-то разницу.

— И кстати, — Ариэлла подошла ближе и заглянула мне в лицо снизу вверх, изучающе, по-лаборантски. — Паршиво выглядишь. Ночь высосала из тебя все соки, это видно. Но глаза у тебя довольные, Рей. Подозрительно довольные.

— Это от любви к животным.

— Угу, — протянула она с интонацией, от которой захотелось проверить, где и когда я успел подписать согласие на вскрытие.

— А, ещё кстати хотел уточнить, — сказал я, подхватывая куртку. — Случайно не знаешь, из-за кого завертелась вся эта кутерьма в Дейморе? Ловушки, досмотры, принцесса… Чьи приколы?

Ариэлла посмотрела на меня долгим взглядом, впервые за утро без насмешки.

— Семьи, способные на такое, можно пересчитать по пальцам одной руки. Я не интересовалась, но либо правящая семья — Флектор, либо же кто-то из её ближайших приближенных. Но… — малявка с подозрением посмотрела мне в лицо. — Почему ты интересуешься чем-то подобным?

— А кто не интересуется? — не подал я виду, что этот вопрос напрямую меня касается. — Всем уже надоела это суета.

— Ладно, — подозрения из взгляда никуда не делись, но она меня отпустила. — Иди давай. И смотри, не пропадай вместе с Кексиком. Я тебя из под земли достану.

— Верю, — усмехнулся, кивая на прощание и выходя из комнаты.

Тина провела меня знакомыми коридорами, отперла калитку в зелёной изгороди и растворилась в парке так же бесшумно, как появилась. Ворота резиденции закрылись за спиной, и город принял меня в объятия звонкого утра.

Центральную площадь я по старой памяти обогнул по широкой дуге. Помост с глифировой клеткой стоял на прежнем месте, над ним маячили шлемы охраны, а у оцепления даже в такую рань топталась кучка зевак.

По уму, ошейник с обрывком поводка Ариэллы, болтавшийся на моём пассажире, служил лучшим пропуском в городе — докапываться до питомца маленькой ведьмы отважится лишь человек очень смелый и очень недалёкий. Однако тащить королевского барса под нос Эларийке, после встречи с которой моё сопряжение сутки приходило в себя? Увольте. Чем меньше пересечений, тем дольше живёшь.

Так что, заметив на углу пару чужих мундиров, я мягко надавил ладонью на белую любопытную морду и спрятал её обратно под воротник. Вот только Кексик был против, и почти сразу же высунул морду обратно.

И вообще… Что за Кексик?

— Слушай, боец, — сказал я, сворачивая на тёплую улицу, где из решёток в мостовой поднимался пар. — Надо обсудить твой позывной. Хозяйка обозвала тебя Кексиком, но как по мне, это приговор. Не хочешь обновить имечко?

Морда развернулась ко мне. В голубых глазах читалось глубокое выстраданное согласие.

— Снежок?

Фырк.

— Клык?

Зевок во всю крошечную пасть.

— Центурион? — предложил я более солидный вариант.

Пауза. Потом тёплый лоб ткнулся мне в подбородок, и за пазухой заурчало.

— Принято. Центурион зачислен на довольствие.

Довольствие, к слову, следовало организовать — трижды в день, исключительно мясом. Да и нам с Эмилией стоило отпраздновать мою удачную вылазку.