Книга Пять юношей квартала сайя, страница 82 – Ива Годар

Его лицо, такое бледное, непримиримое и отмеченное алым штрихом. Ее лицо было полно юной, неразумной жажды победить и неожиданного желания. Они находились так близко, но Кацу не позволял преодолеть последний зазор. Он словно наслаждался ее ожесточенностью.

— Такой ты мне нравишься гораздо больше, Рика… – почти ласково сказал он. – Хочешь мне отомстить?

Пуговицы ее рубашки выскользнули из петлиц, повинуясь ему без малейшего сопротивления.

— Да.

— Разве это не забавно? – усмехнулся он. – Желать и не быть способным ничего получить? Власть избавила меня от таких желаний.

— Судя по заговору, о котором я слышала, у тебя много желаний. А я ведь могу убить и тебя.

— Кио тебя испортил. Что ж, не мешкай, – пригласил Кацу, отпустив ее волосы и откинувшись на спинку сиденья. – Можешь вонзить меч вот сюда. – Он оттянул ткань кимоно и медленно провел пальцем от ямки у шеи до сердца. Льдистые злые глаза насмешливо прищурились, светлые волосы разметались по лицу. Последнее, чего Рике хотелось, – это вонзать в него сталь, и Кацу это хорошо понимал.

— Нет ничего хуже пустых угроз, которые никто не собирается выполнять, – сказал он. – Ты просила учить тебя. Никогда не обещай другим того, что не способна воплотить в жизнь. Из-за этого ты выглядишь бессильной. Слабой. Такой, какой видеть себя не хочешь. – Он резко притянул ее ближе и усадил на колени спиной к себе. – А вот я хочу, – прошептал он. – Я хочу видеть тебя моей.

Кацу накрыл ее грудь ладонями, окончательно нарушая границы, и Рика загорелась, словно порох. Ей хотелось уйти, но она не двигалась, ей хотелось сказать «не надо», но она ждала, что случится дальше. Кацу слегка укусил ее за шею и раздвинул ноги так, что она соскользнула на сиденье, прижалась спиной к его груди, потонув в складках белого кимоно. Его пальцы проникли под ткань ее пояса и без труда нашли разгоряченное тело. Рика не была скромницей, знала, что делать с желанием наедине с собой, но никогда это не ощущалось так, как в руках сайя.

— Поэтому я тебя и позвал, – шепнул он ей на ухо.

Рика сдавалась без протестов, отзывалась, не успевая себе разрешить. Остальные сайя обещали, дразнили, сводили ее с ума, но позволяли отступить, в то время как настойчивые руки Кацу никакого выбора не давали. Может быть, ей казалось, что она заслуживает наказания за ложь, а может, ее просто тянуло к нему с того самого момента, как она увидела подпись в письме, но все это было сейчас неважно. Все вокруг потонуло в торопливых вдохах и выдохах, в изгибах тела, в подергивании пальцев, пока Кацу ее касался.

Ей нравилось, что он не раздевает ее, что она такая бесстыдная, раскрасневшаяся и непристойная. В этом ощущалась странная, неведомая ей прежде разнузданная вольность. Она изгибалась в его руках, прямо в повозке напротив ворот Кога, но вместо того, чтобы чувствовать смущение, лишь сильнее хотела Кацу. Он ласкал ее умело и не щадя, отстранял и вжимал в себя, стараясь не тревожить рану. Распалял, заставляя просить большего.

— Кацу, – повторяла она его имя, такое же звонкое, как звук сталкивающейся стали о сталь.

Больше всего на свете Рика боялась, что он остановится, но он сменил гнев на милость, не прося ничего взамен. Ее рыжие волосы рассыпались по белому кимоно, он зарылся лицом ей в волосы. Вскоре она начала его умолять, а затем сжала его предплечья в непреодолимом порыве.