Книга Пять юношей квартала сайя, страница 174 – Ива Годар

Хидео поморщился, находя его способ удержать ученика слишком грубым.

— В квартале есть правила: те, что нарушают, и те, что нет. И правило «все заканчивается» как раз из вторых. Мы собрались здесь, чтобы отдать должное проведенному вместе времени. Мы столько всего натворили! Но ты не можешь быть сайя, если не умеешь отпускать любовь.

— Кацу? – В поисках союзника Аки повернулся к бывшему сайя-дзу, который прежде даже не подумал бы удостоить его ответом.

Кацу продолжал играть с кинжалом, словно вышедшим из карты. Уголок его губ дернулся в обещающей неприятности усмешке.

— Она особенная, – сказал он. – Каждому из нас это известно. Но время гостьи в квартале закончилось, Аки. У сайя есть честь. Если хочешь помочь Рике это пережить, держись от нее подальше. Иначе убьют и нас, и ее. А так, если повезет, она станет мастером меча.

На щеку ему упали капли дождя. Кацу задрал голову, недовольный неуместной сменой погоды.

— Проклятие! Я пьян и хочу спать. Подумай, что философ Рю ответил бы на твои сомнения, Аки.

— Рю сказал бы, что вы трусливые ублюдки, – насмешливо ответил тот. – Каждый вечер, когда становится темно, она приходит к воротам. Ей кажется, что никто этого не замечает, но я видел. Энцо говорит, она собирается драться за нас на турнире, чтобы попросить императрицу сделать сайя обычными горожанами. Она считает, что мы связаны.

— Что ж, Рика не первая и не последняя, кто ошибается. – Безжалостные льдистые глаза Кацу блеснули. – Я рассчитываю, что она повзрослеет гораздо быстрее остальных. Императрица поможет ей осознать, что просьбы дочери торговца ничего не значат.

— Она спасла тебе жизнь.

— Ну и что! А я спас жизнь ей, – пожал плечами Кацу. – Это было захватывающе, но мы квиты. Вряд ли это означает, что теперь мы должны поселиться в глуши маленькой семьей. Жизнь устроена не так.

— Но есть и другие пути, – не сдавался Аки. Вино хоть и сделало его более смелым, чем обычно, но упрямством он славился всегда. – Так много возможностей между попытками сделать вид, будто ее никогда не существовало, и банальными мечтами! Мы могли бы быть друзьями, научить ее тому, что знаем сами. Мы могли бы драться вместе, уплыть на материк!.. Уйти из квартала в большой мир. Стать кем-то еще.

Кио отвернулся, не в силах смотреть на такую обнаженность чувств. Искренность Аки заставляла чувствовать себя мерзавцем, к тому же в части своих предположений он был прав.

Сайя молчали, оставив Аки наедине с тем, кто умел убивать словами. Каждый из них ясно осознавал, что своим молчанием вынуждает Кацу делать всю черную работу.

— Будь мы свободны, так бы и произошло. Но на Острове Яблонь никто не позволит тебе выбирать путь. Мы собственность острова, Аки. Мы – сайя. Даже если я искренне захочу быть таким, каким она меня нарисовала, у меня не выйдет, – горько сказал Кацу. – Нельзя просто снова стать невинным, мы слишком долго живем в квартале. Ты слепо отказываешься видеть одну простую вещь: не она не подходит нам, а мы – ей.

Таро подумал, что в этот момент речь Кацу мало чем отличалась от самопожертвования ученика. Ночь стала пугающей.

— Я люблю причинять боль и несомненно сделаю это снова, – продолжил Кацу. – Таро слишком искушен, а это тяжелый груз. Кио так привык держать людей на расстоянии, что сгорит, если изменит правилам. Да и, говоря честно, с его талантами глупо бегать за женщинами. Хидео же вовсе не выживет вне роскоши квартала. На мой вкус, он его лучшее дитя. Вот и все. – Он отпил из бутылки. – Философ Рю отлично знал, что каждый сайя пропитается ядом, поэтому визиты кратки, чтобы гостьи не успели как следует отравиться. А ты – просто ученик, который забыл свое место и надоедает пустыми надеждами. Вместо того чтобы высматривать Рику у ворот, лучше приложи усилия, чтобы стать полноценным сайя. Пора отработать затраченные на тебя деньги.