Книга Время ветра, время волка, страница 174 – Каролина Роннефельдт

Главного устроителя праздника Пфиффер и его спутники дожидались долго. Они тщетно искали Парасоля в трактире и на большой площади, когда наконец узнали, что бургомистр отправился на прогулку по городу. И пошел он вместе с Моттифордами, что, учитывая мрачный вид охотников из Краппа, выглядело особенно эффектно – Лоренц Парасоль, безусловно, был такому очень рад.

Тем временем Одилий, Гортензия и Звентибольд мучились от беспокойства. Они никому не доверяли, постоянно следили, не появится ли на площади кто-нибудь в странной маске или в слишком уж страшном костюме. Гортензия сходила с ума от тревоги за Карлмана и Энно. Переживала она и из-за того, что Хульда с Тильдой, очевидно, бродили где-то вместе с Портулаками и прочими жителями Зеленого Лога. К счастью, с ними был мельник, на которого всегда можно было положиться. Гортензия отчаянно надеялась, что друзья не забудут о месте встречи и придут вовремя. Она с тревогой следила за входом в «Винный кубок», не обращая внимания на Парасоля, который злился все сильнее.

— Мне безразлично, что вы там видели, – надулся Лоренц. – Если вы так перепугались, что решили отменить праздник, дражайший мой Пфиффер, то это говорит лишь о том, что мы в совете хорошо поработали и что маски, сделанные по нашим эскизам, в самом деле производят достойное впечатление. Именно так! И мы сделали это вопреки вашим запугиваниям на той злополучной встрече в «Старой липе». Ни в коем случае мы не остановим замечательный праздник, будем гулять до самого конца! И никакие гнилые трутовики нам не помешают!

— Да чтоб тебе подавиться желтыми склизкими сморчками! – крикнул ему старик Пфиффер.

Парасоль в смятении отшатнулся. Мало того что ему нанесли оскорбление при посторонних, так он еще никогда раньше не слышал, чтобы старый знахарь из Зеленого Лога говорил подобным образом. Возможно, Одилий Пфиффер среди прочего обладал также впечатляющими способностями к управлению временем, поскольку возраст, казалось, не имел к нему отношения. Он стоял перед перепуганным Парасолем с горящими глазами, а голова старика была поднята гордо и отважно, будто у короля из древнейших времен.

Гортензия искренне надеялась, что эта внезапная перемена все же подействует на Лоренца Парасоля. Все, кто путешествовал со стариком Пфиффером, знали о его скрытых способностях, которые порой могли вызволить из безнадежной ситуации. Однако Гортензия не ожидала, что на площади появится Резеда Биркенпорлинг. Та заявилась в сопровождении десятка Моттифордов – и самым впечатляющим среди них был Гизил в зловещей волчьей маске. Одетые в те же полуночные цвета, что и хозяйка трактира, жители Краппа, никому не подчинявшиеся, теперь казались ее личной свитой, словно темные стражи, перед которыми все склонялись в молчаливом почтении.

«Добрый Гизил в этом году явно не на верной стороне, а значит, он встал на опасный путь», – подумала Гортензия.

Резеда Биркенпорлинг отбросила зонтик в сторону так решительно, словно тот давно ей мешал, и заговорила.

— Никто не остановит праздник до полуночи, – сказала она резко и с явным презрением к тем, кто помышлял о таком невероятном поступке. – Те, кто желает уйти, пусть убираются немедленно и не портят другим удовольствие от древних обычаев Холмогорья.