Книга Поваренная книга для загробной жизни, страница 16 – Дестон Дж. Манден

— Ты хорошо выглядишь, друг.

— Ты… ты давно не появлялась в городе, – заметил Роттгор и улыбнулся. – Титли Бхихадра. Чему обязан радости тебя видеть? И не лги, Лили. Я знаю, что выгляжу ужасно.

— Да была тут неподалеку. Решила навестить тебя в честь твоего освобождения.

— И когда ты к нему присоединишься? – спросила леди Клео, потягивая вино. – Или мне и тебя подтолкнуть?

— Я не повинуюсь вам напрямую, ваша светлость. Кроме того, сами знаете, моя миссия еще не завершена.

Леди Клео надула губы.

— Как удачно совпало, что твоя миссия вообще не имеет конца.

— Имеет, – возразила Титли. Ее тон стал резче, мрачнее. – И я не уйду на покой, пока не исполню ее. Вы это знаете.

Леди Клео отвернулась и раздраженно выдохнула:

— Делай что должно.

Титли вновь обратилась к Роттгору:

— И что теперь? Чем займется знаменитый Клинок Голода, получив столько свободного времени?

— Не знаю. Так далеко я не загадывал. Надеюсь обрести покой.

— Не выйдет.

— Нет… выйдет.

— Хм. – Титли нахмурилась. – Я подумала, может, ты присоединишься ко мне в поисках. Мне не помешает рядом добрый клинок.

— Это я оставил позади, – сказал Роттгор.

— А что ждет тебя впереди?

Роттгор побарабанил пальцами по столу.

— Не уверен. Но бродить по Даргату не собираюсь.

— Похоже, я тебя неправильно поняла. – Она рассмеялась, тихо, но совсем не весело. – Ясно. Что ж, пожалуйста, дай знать, если у тебя возникнут какие-либо проблемы в городе. Я приду. Ты мне как брат, Ротт. Не забывай об этом. Но, как ты знаешь, моя миссия всегда будет на первом месте.

— Знаю.

Титли на мгновение обняла его, обвив шею длинными руками.

— Наслаждайся Уединением, друг.

Еще раз поклонившись напоследок, Титли исчезла в толпе.

К тому времени, как поток поздравлений иссяк, на языке Роттгора остался лишь слабый привкус ужина – приятный, мясной, насыщенный травами, но уже полузабытый.

— Это было слишком, – вздохнул орк.

Его так одолевала усталость, что казалось, он может заснуть, не сходя с места.

— Прошу прощения. На каждую церемонию приходят те, кто хочет заодно обстряпать свои дела, но я рада, что тебе понравились маленькие гости. Ты – герой и действующее лицо множества историй. – Выражение лица леди Клео не изменилось. Роттгор видел, как в ее голове крутятся шестеренки: какая-то головоломка поглощала все ее внимание. «Возможно, мне не стоило упоминать руну». Ничто не беспокоило ее так, как то, чего она не понимала. – Ты хорошо проводишь время? – спросила леди Клео, мгновенно вернувшись к реальности.

— Думаю, да, но надолго меня не хватит.

Все-таки от него должны отстать. Если повезет, осталось продержаться всего полчаса…

Герцог Джеймис поднялся со своего кресла в другом конце зала. Роттгор сполз по спинке своего почетного места. Он знал, что будет дальше.

— Мы собрались здесь, чтобы почтить одного из наших самых дорогих и давних друзей – Роттгора. Здесь, еще до того, как были заложены первые камни в основу Некрополиса, стоял наш друг, призванный ужасным тираном, но ставший героем. Один из последних оставшихся в живых генералов Короля Червей, один из Шести Теней, он сражался бок о бок с такими личностями, как Титли Бхихадра и Галелин, легендами армии Короля Червей, которая некогда угрожала нашим землям, а затем обернулась против своего угнетателя и принесла нам мир. Сознательно или нет, но они изменили отношение к нежити и даже вдохновили моего деда Храфона II, Отца-Ворона, принять свою силу и использовать власть над смертью во имя добра и справедливости. Без них, без него этого города, возможно, уже не было бы. После многих лет служения как злу, так и добру он выбирает свой путь. И конечно, не знает, что ждет его дальше. – Герцог Джеймис Вороний Шелк украдкой взглянул на Роттгора, и пылающие глаза пронзили пространство между ними. – Но уверен, Роттгора еще ждут новые свершения, даже грандиознее, чем прежние. У него доброе сердце, добрее, чем в принципе возможно, учитывая, через что ему пришлось пройти, пока тело его подчинялось воле Короля Червей. Даже сейчас я жалею, что не осмелился отпустить такого замечательного орка раньше, но только слова моей внучки смогли переубедить эту влиятельную и могущественную фигуру при нашем дворе. Наступила новая эпоха, и он заслуживает жить в ней, служа не мечом, а сердцем.