Книга Сны Эйлиса, страница 248 – Мария Токарева

— Спасибо тебе, друг, — прошептал Раджед, в полной мере оценив такую самоотверженность. Эльф что-то выдохнул сквозь сон, не разлепляя крепко смеженных век. Янтарный льор почти заботливо рассматривал товарища, отмечая, что исчез пугающий оттенок кожи и к губам прилила кровь, отогнав черную обморочную кайму. Возможно, стражу помогала восстановиться и магия башни.

Пока Сумеречный отдыхал, Раджед разузнал о происходившем вокруг у малахитового льора, поразившись, что Сарнибу и двоим мальчишкам удалось прогнать из башни Нармо и Илэни. Скромные товарищи не слишком-то вдавались в подробности, рассказывая о поединке. Однако оценив состояние тронного зала, янтарный чародей догадывался, насколько мощная магия в нем столкнулась. И большая часть разрушений причинялась не янтарем.

«И с такой силой малахитов ты никогда не пытался захватить весь материк?» — мысленно поразился Раджед. Сарнибу же даже с виноватым видом докладывал, что пробиться к топазовой башне все еще нет возможности, а Нармо явно готовит новый удар.

— Да что б его разорвали все похищенные самоцветы! Он уже ничего здесь не получит, — только выругался Раджед. Он храбрился, однако возвращался в тронный зал и с содроганием рассматривал развороченный портал, словно убил любимое животное или даже дорогого человека. Зеркало вновь молчало, вдоль него пролегла сеть трещин, и отражения терялись между неровных острых борозд, нечетко расщеплялись фрагменты собственного лица.

Раджед пододвинул исцарапанное кресло, вновь садясь возле портала, как в те чудесные — хоть и исполненные светлой печалью — дни, когда портал вновь заработал. Предчувствие встречи согревало и давало надежду. Ныне предстояло осмыслить, как воспринимать эту черную, покрытую копотью пожарища пустоту, в которую превратился тронный зал. Хозяин башни обводил его долгим тоскующим взглядом, затем прикасался в бесполезной надежде к зеркалу, подносил к нему свой талисман, словно кружку воды к хладным губам недавно умершего. Все тщетно!

Конечно, ведь заклятье начертали в самой древней книге создатели портала, кто-то из рода Ицинтусов, великие ученые, мыслители, способные связать два далеких мира. Получилось ли это у них случайно или что-то манило именно к Земле — записи умалчивали. Как и об именах. Зато донесли верную инструкцию по уничтожению, где так и значилось: не восстановится уже никогда. Впрочем, они же не пробовали его разрушать! А значит, еще оставалась надежда. Странное чувство, чуждое рациональным льорам, которым всегда было жизненно важно четко и ясно оценивать свои силы и выстраивать необходимую оборону. Но ныне Раджед неукротимо надеялся! И черные полосы непробудного отчаяния бесконтрольно сменялись в душе всполохами яростной мечты, которую не иссекли, не погубили выпавшие фрагменты чудесного зеркала.

— С добрым утром! — приветствовал Сумеречного Раджед на рассвете третьих суток. За это время чародей успел восстановить оборонную магию на границах, проверить, что с защитой башни. И к удивлению своему обнаружил, что магия не изрублена на клочки и не сожжена более мощными заклинаниями. Ее словно раздвигали, как гибкие стебли травы.

«Либо какой-то из чужих талисманов Нармо, либо сразу несколько. Либо магия Илэни. Но что теперь? Если они вернутся, то только ради мести», — отметил Раджед. О далеком будущем мыслить не удавалось, словно что-то лопнуло струной. Он долгое время ждал нападения ради портала, теперь же получалось, что лишил шанса на спасение всех их. Поэтому и не выходил больше на связь с Сарнибу. Опять ведь подкосило самодовольство: если бы все они ждали врагов в янтарной башне, так и победили бы все вместе. Но, видимо, он слишком не привык сражаться в команде, плечом в плечу с товарищами.