Книга Белый Дракон, страница 82 – Мария Токарева

— Хочешь, я подарю тебе канарейку? Чтобы ты пела, как в тот день, когда мы встретились, – спросил Джоэл.

— Не очень-то я умею петь, – смутилась Джолин.

Яркое солнце сочилось сквозь чистые окна, отчего волосы возлюбленной золотились, переливаясь, и сама она напоминала маленькую пригожую птичку, которая избавилась от мучителя, но пока не от клетки. Хотя в этот особый день часть правил для них не действовала.

— А у меня для тебя сюрприз, – сказал Джоэл, на что Джолин вопросительно захлопала ресницами. Она не привыкла к приятным сюрпризам, не привыкла, что это слово произносят со смехом и предвкушением. Он, впрочем, тоже любую неожиданность связывал с потрясением. Но не теперь: Джоэл вынул из внутреннего кармана сизого жилета небольшую полоску бумаги с крупным росчерком Умана Тенеба.

— Что это? – удивилась Джолин; для нее все документы с этой подписью не несли ничего веселого.

— Твое разрешение выйти отсюда на целый день! – громко возвестил Джоэл, вскочив с места.

— Джо… Неужели? – ахнула Джолин и захлопала в ладоши. – Неужели это взаправду? Неужели не сон? Мне сейчас стали сниться такие сладкие сны, неужели это не один из них?

— Не сон, мы пойдем на ярмарку в квартале Торговцев. Если ты, конечно, захочешь.

— Конечно захочу! Я никогда не была на ярмарках! Да еще в честь сбора урожая, – жарко закивала Джолин. – Только… у меня ведь нет парадных платьев. Разве что шаль, но она черная. Как-то… мне неловко. Я совсем не знаю, как люди ходят на ярмарки.

Джолин застыла посреди кухни, растерянно разглаживая несуществующие складочки на подоле юбки.

— Ты и так прекрасна, – не покривил душой Джоэл. – Пойдем прямо сейчас, если у тебя нет срочных дел.

— Только печь погасить. Сегодня можно обойтись и без пирожков. Утренняя партия уже ушла.

— Я очень рад, что у пекарни есть клиенты.

— Ой, какие клиенты, Джо, – отмахнулась Джолин, небрежно заправляя непослушные кудряшки за уши. – Это вашей Энн надо сказать спасибо: я ведь теперь для академии охотников делаю хлеб, иногда выпечку. И немножко для старых клиентов, настоящих. Они очень хорошие, не побоялись после дела с революционерами. Но я сейчас, получается, больше служу Цитадели.

«Вот как, а я даже не знал, что Энн тоже помогла Джолин», – подумал Джоэл. Выходило, он теперь был обязан всем друзьям за свое долгожданное счастье.

— Пойдем? – сказал он, когда они вышли из пекарни. Джолин проверила, заперта ли дверь, и с удовольствием подхватила спутника под руку. Она ребячливо щурилась, как игривый котенок, но смеялась беззвучно, даже если шутки и нежные слова ей очень нравились. Кто-то накрепко отучил ее проявлять свои чувства, громко заявлять о себе. Кто-то требовал от нее оставаться безмолвной тенью. И Джоэлу хотелось, чтобы Джолин наконец обрела уверенность в себе и научилась по-настоящему радоваться, просто, без оглядки.

— Пойдем, – ответила она. Дробно застучали каблучки изящных сапог, как капли фонтана, ударяющиеся о мостовую. Она плыла рядом, легкая, эфемерная, но одновременно теплая и земная. И улицы вокруг лучились радостью спокойного дня. Вермело не трубил надсадным воем бойни, и гомон голосов ныне означал лишь праздничное оживление.

— У кого взять лучшую ткань?

— Где сегодня подают лучшее саке?

— Правда ли, что твой сосед залез на столб и взял первый приз?