Книга Белый Дракон, страница 71 – Мария Токарева

— А ты не догадываешься? Приглашение и поощрение! Или ты не рад? – ответил Уман и весело осклабился, сверкнув единственным глазом. По-звериному. За радушной прямотой скрывалась недюжинная хитрость, из-за чего Джоэл невольно искал подвоха.

— Рад, наверное. Просто это неожиданно, – пробормотал он в замешательстве.

— Извини, Джо, ты же знаешь, что у нас не принято громко возвещать о сути успешно завершенных дел, – развел руками Уман. – С победой над Вестником Змея твоя слава разнеслась сама собой, это было неизбежно. Но мы не могли позволить себе рассказать так же о деле Джолин: оно куда более… деликатное. Революционеры еще могут оставаться в Вермело.

— Да, без сомнения, – охотно согласился Джоэл, что и натолкнуло его немного позднее на мысли о множестве группировок. Да еще полученная от Умана наводка относительно Бифомета Ленца не давала покоя. Верховный охотник что-то знал, Джоэл тоже желал узнать. Его расследования, его смертельная игра еще не закончились, дело легендарного сомна не переходило в разряд бесперспективных висяков, даже если всем хотелось задвинуть его в далекий ящик, похоронив под грудой новых документов и отчетов.

— Ну, ты же не в обиде? – засомневался с несколько растерянным лицом Уман, приглаживая черную бородку.

— Ничуть, – мотнул головой Джоэл. Для него лучшей наградой оказалось бы снятие всех обвинений с Джолин.

Вроде бы к этому дело и двигалось стараниями верховного охотника; совместные слушания Цитадели и бастиона по делу проходили в закрытом режиме. Пока что свидетелей допрашивали по одному, чтобы никто не знал показаний других причастных и не мог подстроиться под некую общую легенду. Но ведь Джолин и так ни в чем не лгала. Джоэл отказался бы от любых материальных наград, чтобы по итогам слушаний его возлюбленную отпустили, прекратив все расследования в отношении ее причастности к секте Дирижабля.

— А повышение по службе для тебя – это разве что должность моего телохранителя, – продолжал оправдываться Уман, вдруг с нескрываемой гордостью и непонятной злостью замечая: – Но я ее упразднил, потому что не трус, в отличие от предыдущего верховного.

Джоэл краем уха зацепил мрачные слухи о недавнем самоубийстве прежнего верховного охотника. Поговаривали, что отошедший от дел предшественник Умана повесился у себя в особняке. Информацию замалчивали, предсмертную записку наверняка сожгли, как только нашли. И, возможно, вовсе не сам он свел счеты с жизнью, а сделался кому-то невыгоден. Не повесился, а повесили, так как он что-то знал. Уман тоже знал, но пока справлялся с отведенной ролью относительно самостоятельной марионетки.

— Я рад награде, все хорошо. Ты знаешь, что для меня окажется главной наградой, – улыбнулся Джоэл, отвлекаясь от мыслей.

— Безусловно.

— Так это… билеты для меня и Джолин?

— Оу, к сожалению, нет. Для тебя и Ли, – сильнее прежнего смутился Уман, но рассмеялся: – Или не надо было брать места рядом? Может, с появлением Джолин вас с Ли надо расселить по разным мансардам?

— Все в порядке! Все хорошо.

Теперь Уман задел ту тему, которую Джоэл не был готов обсуждать: необходимость выбора. Похоже, все вокруг считали, будто с появлением Джолин и взаимности в отношениях с ней он непременно обязан уйти из Цитадели или как минимум съехать из мансарды в пекарню.