Книга Проект «Тот самый», страница 100 – Джули Шэн

Суа закатывает глаза, хватает ближайший свитер и, не вставая, метко кидает его прямо в грудь лежащей подруге.

— Хёри, приём! Вызывает Земля! – восклицает она, изображая наушник в ухе. – Ты нас слышишь? Повторяю, если ты сейчас не встанешь, мы просто завернём тебя в первые попавшиеся шмотки и отправим на семейный ужин!

— Я не могу, – выдыхает она с таким драматизмом, что даже Йечжи притормаживает, чтобы посмотреть на неё. – Я ничего не могу. Я не знаю, кто я. Я не знаю, как себя вести, чтобы всё прошло гладко.

— Будда милостивый, – стонет Суа, глядя в потолок. – Мы растили тебя, холили и лелеяли, чтобы ты сломалась на этом этапе жизни?!

Йечжи скрещивает руки на груди и подходит ближе, глядя на Хёри сверху вниз, та, кажется, готова срастись с полом и больше никогда не вставать.

— Хёри, ты – дизайнер, ты сколько проектов уже сделала, со сколькими людьми работала? Не говори мне, что ты сдашься перед… свекровью.

Хёри моргает:

— Но у неё глаза как у ящера. Мне кажется, что, если я отведу взгляд первой, – она нападёт.

Суа смеётся и кидает в неё ещё один свитер, уже нежнее.

— Тогда и ты должна быть не милым зайцем, а полярной лисой. Красивая. Холодная. Уверенная. С хвостом на миллион. Поняла?

Хёри вздыхает, не вставая.

— Поняла… Просто не знаю, с чего начать.

Йечжи улыбается.

— С платья.

Хёри медленно моргает, словно возвращаясь из другого измерения, и резко садится, посмотрев на себя в зеркало, что стоит рядом с диваном. Её волосы торчат в разные стороны, а в глазах горит огонь отчаяния и решимости. Она поворачивается к подругам, скрестив ноги.

— Ладно, – выдыхает Хёри, и её голос звучит спокойнее после недавней истерики. – Напомните-ка мне. Как у вас происходило знакомство с родителями?

Суа и Йечжи переглядываются, будто это самый простой и одновременно самый сложный вопрос. Но Суа закатывает глаза.

— Ты прекрасно помнишь, как у меня было, – цокает она, с силой отшвыривая в сторону блестящий топ, явно предназначенный для клуба. – Тётку Тэхёна я до сих пор на дух не переношу, и она меня тоже. Да и с председателем не соскучишься. – Она усмехается. – Если вспомнить тот спектакль с симуляцией сердечного приступа. – Суа вздыхает, устало перебирая очередную стопку одежды. – А вот с родителями Тэхёна всё было просто. Они меня приняли сразу.

Хёри фыркает, сидя на полу.

— О да, спасибо, – бормочет она саркастично. – Твоя история вселяет в меня столько уверенности. Просто прелесть.

В ответ в её лицо прилетает уже не свитер, а свёрнутая в комок юбка.

— Что не так? – огрызается Суа. – В моей истории всё достаточно безобидно было. А ты сидишь тут, как выброшенная на берег медуза, и ноешь!

Хёри снимает с лица юбку, передразнивает Суа, высовывая язык, и переводит взгляд на Йечжи, которая молча наблюдает за этим представлением, прислонившись к косяку двери.

— Ну а у тебя? – с надеждой в голосе спрашивает Хёри. – Наверняка была какая-нибудь душевная, милая история, которая меня успокоит?

Йечжи пожимает плечами, и на её лице появляется лёгкая виноватая улыбка.

— У нас… всё было ещё проще. Наши семьи дружат много лет. Мы с Донуком выросли, хорошо зная друг друга. Так что проблем не возникло даже с самыми дальними родственниками.

Воцаряется тишина. Оглушительная, полная безысходности. Хёри медленно закатывает глаза и с глухим грохотом падает обратно на пол, раскинув руки.