Книга Дневник мертвых бывших, страница 161 – Эмма Шиммерман

— Нам нужно вернуться на вечеринку, – говорю я, вставая и подходя к своей одежде.

Он садится в постели и наклоняется вперед, положив руки себе на колени.

— Позаботься о том, чтобы упаковать все необходимое до церемонии вручения дипломов. Я вернусь в эти выходные.

Я фыркаю:

— Почему ты так уверен, что я поеду с тобой?

Он одаряет меня этой высокомерной улыбкой:

— Потому что ты влюблена в меня.

Я заканчиваю завязывать свой топик, качая головой. Я снова бросаю на него взгляд, открываю рот… Но закрываю его и молча покидаю каюту.

Потому что он прав.

У меня под ногами хлюпают грязь и трава, когда я возвращаюсь во двор, держа в руках свои туфли на каблуках, туда, где гости сбились в кучу под палатками и павильоном.

— Где ты была? – спрашивает меня Дани, когда я присоединяюсь к ним у барной стойки. – Ты промокла насквозь. И мне кажется… на тебе топик вверх тормашками?

Я скрещиваю руки на груди.

— Я попала под ливень. Мне пришлось снять его, чтобы отжать, – говорю я, дрожа. – Я пойду в дом и переоденусь. Мне просто нужно прихватить свой телефон. Ты видела Уэса?

Дани озирается.

— Нет, я думала, он был с тобой.

Я снимаю блокировку со своего телефона и обнаруживаю многочисленные сообщения от Уэсли.

Анника только что сказала мне, что ты спишь с Эшером, это правда?

Слоан?

За ними следует пропущенный вызов от Анники.

Мой желудок ухает вниз.

— О боже мой.

Я звоню ей в ответ, снова выискивая в толпе ее или Уэса. Она отвечает после второго гудка.

— Слоан, – всхлипывает она.

— Анника?

— Ты должна подняться сюда, скорей. – Ее слова сквозь слезы звучат как каша.

— Что? Что стряслось?

— Это Уэс, – плачет она. – Он пострадал.

— О боже мой. – Я хватаю Дани. – Звони 911, немедленно!

— Что?! – У нее распахиваются глаза.

— Где вы? – спрашиваю я Аннику.

— На чердаке, поспеши! – Ее исступленный крик пронзает меня насквозь, когда, похоже, сбываются мои худшие опасения. – Его пырнули ножом.

Я бросаю туфли на каблуках, когда взбегаю на заднюю террасу, по разбитому стеклу и другим предметам, которые унесло ветром. Я смутно ощущаю острые порезы на ступнях, но продолжаю бежать. Я посылаю Грейнджу адрес дома со словом «поспешите».

Уэса пырнули ножом ни много ни мало в его собственном доме, и это мог быть кто угодно из них. Марисса, Кейт, Колтон, они все здесь. Любой из них мог это сделать.

Я очень быстро взбираюсь по перекладинам лесенки, игнорируя жжение в ступнях и руках, выполняющих большую часть работы. Когда пол оказывается на уровне моих глаз, я вижу Уэса, обмякшего у стекла, его белая льняная рубашка с воротником на пуговицах запятнана красным. У меня в голове вспыхивают воспоминания о Грэме, отчего я спотыкаюсь. Анника склонилась над ним, прижав руку к его боку.

— О боже мой. Что произошло, как это произошло? – Я бросаюсь к ним, прощупывая у него на шее пульс, и, слава богу, он есть. – На помощь! Кто-нибудь, помогите нам! – кричу я с чердака.

У него на голове кровь, словно бы кто-то сперва оглушил его.

— Уэс предложил мне встретиться с ним здесь, – говорит Анника сквозь слезы. – И, когда я поднялась сюда, она просто пырнула его ножом.

— Кто? Кто пырнул его? – Я озираюсь по всей комнате. Мы здесь наверху не одни? – Это была Марисса? Кейт?

Она разок всхлипывает, прежде чем впихнуть мне в руку что-то холодное и твердое.