Книга Дневник мертвых бывших, страница 121 – Эмма Шиммерман

— Ты права, я думаю, мы все могли бы здесь уместиться. И еще несколько человек.

Она направляется в ванную, а Остин идет к мини-бару.

— Думаете, они взимают плату за эту выпивку? – спрашивает Остин, открывая первую попавшуюся бутылку.

Эшер открывает рот, чтобы сказать «да», но лишь поджимает губы и вздыхает. Я иду в спальню, Эшер следует за мной со своей сумкой.

— Мне нужно переодеться, – говорю я.

Он роется в сумке и поднимает взгляд на меня.

— О'кей?

— Границы, Эшер, границы, – снова напоминаю я ему, когда сажусь на край постели, пытаясь дотянуться до застежек туфель на каблуках.

Я слышу, как Тай громко кричит, что «Убер» прибудет через семь минут. Вот тебе и предварительная пьянка, думаю я, возясь с туфлями. Эшер со вздохом обходит постель и опускается передо мной на колени, работая над туфлей.

Затем Тай громко кричит, что они идут в лобби.

Эшер снимает первую туфлю, затем переходит к другой ноге. В моем воображении это очень романтично. В моем воображении он не торопится. Он стаскивает туфлю, но его рука остается на моей ноге, а рот прижимается медленными поцелуями, преодолевая весь путь вверх по ноге, пока…

— Что? – спрашивает он, пробуждая меня от грез наяву, и я осознаю, что пялюсь вниз на него.

— Что? Ничего. Давай… Нам нужно поторапливаться. – Я встаю, протягивая руку к задней части платья, пытаясь ухватиться за застежку. – Я не могу дотянуться.

— Как ты умудряешься раздеться, когда рядом никого нет? – саркастически говорит он, когда я разворачиваюсь, чтобы он мог дотянуться. – Заклинило. – Он дергает неподвижную застежку.

— Тяни сильней.

Он слишком сильно тянет, и я слышу треск, когда застежка ломается.

— Ну… – умолкает он.

— О'кей, не проблема. Тогда я просто… стяну его.

Я хватаюсь за подол и начинаю тянуть его вверх, но платье настолько тугое, что без посторонней помощи мне не обойтись.

— Сходи приведи Тай, – стеснительно говорю я.

— В данный момент она, вероятно, уже в «Убере». Давай я помогу, – говорит он.

— Я не хочу, чтобы ты это делал, – возражаю я, потому что на мне нет лифчика под этим тугим платьем, в котором, как мне кажется, я теперь задыхаюсь.

Эшер отступает и скрещивает руки.

— Я не буду звать ее ради этого.

— Тогда я не пойду.

Я пытаюсь опустить руки, но они уже застряли поднятыми вверх. Он пытается сдержать смех, потому что мы оба знаем, что, если он мне не поможет, я так и останусь застрявшей в таком положении.

— Упрямица, – бормочет он.

— Отлично, просто… сделай это быстро. И не смотри.

Я вытягиваю руки вверх, чтобы он смог до конца стянуть платье мне через голову. Он срывает его с меня одним быстрым движением. Я теряю равновесие, хватаясь за него, и он ловит меня, обхватив мою обнаженную спину. Он смотрит вниз, и я поднимаю вторую руку, чтобы прикрыть грудь. Его глаза темнеют.

В моем воображении он немедленно целует меня, застав врасплох, – но нет, это не в моем воображении, это действительно происходит. Он отпускает меня, разрывая поцелуй, хватает мой телефон с постели и швыряет его мне.

— Скажи своей подруге, что мы не пойдем.

— Что? – говорю я, слегка запыхавшись.

Ему не нужно повторять свои слова, когда он снимает с себя свитер. Я неуклюже вожусь с телефоном, печатая сообщение Тай, чтобы они отправлялись без нас.