Книга Тихие люди, страница 66 – Пол Клив

Кэмерон Мердок выглядит изможденным, волосы растрепаны, на скуле красуется синяк. Лифт доставляет их на четвертый этаж, и Ребекка ведет своего подозреваемого в ту же комнату для допросов, где они разговаривали вчера. Каждый занимает прежнее место.

— На данный момент опрошены более трехсот человек, – начинает она, – в основном ваши соседи. Сейчас мы сверяем полученные показания, чтобы получить четкую картину того, кто где был в воскресенье.

Волосы Мердока торчат во все стороны, и он проводит по ним рукой, только это не помогает.

— Вы проверили другие происшествия в нашем районе? Не было ли где краж со взломом? – интересуется он.

— Проверили, – отвечает Ребекка, – но без результатов.

— А насчет того типа с аттракционов, который меня ударил? Уже выяснили, кто он?

— Пока нет.

— «Пока нет»? Но кто-то должен этим заняться, раз Локвуд его знает.

— Локвуд не собирается раскрывать свои источники, но мы над этим работаем.

— Вы знаете, мне думается, тот тип мог проследить за мной до самого дома, так? Он был достаточно зол, чтобы свалить меня ударом кулака… Так что, возможно, ему хватило злости и попытаться свести со мной счеты, похитив Зака.

— Мы работаем над этой версией, – соглашается Ребекка. – Вчера вы упомянули, что Даллас Локвуд обвинял вас в краже его идеи. Вам уже доводилось выслушивать и другие подобные обвинения?

— Никогда. У вас что, совсем никаких зацепок?

— Мы все еще беседуем с людьми, которые живут по соседству с теми местами, где Зак обычно бывал. Разговариваем с учителями, учениками и родителями. Опрашиваем всех, кого только можно.

— Этого недостаточно.

— Мы также отправили людей обыскать мусорные баки.

— Что?

— Может статься, неизвестный решил избавиться от улик, с помощью которых выманил Зака из дома.

— И выкинул их в какой-то мусорный бак?

— Да, – кивает Ребекка, пристально разглядывая Мердока. – Сегодня полные баки меняют на пустые, но многие контейнеры были выставлены на обочины еще в воскресенье вечером. Мы попросили мусорщиков подождать с вывозом, пока их не проверим.

— Все мусорные баки?

— Да, по мере сил. Это займет несколько дней, – заверила Ребекка, желая, чтобы Мердок решил, что ему хватит времени забрать одежду, если это он ее туда подкинул. Мусорный бак вернут на прежнее место и за ним установят наблюдение. – Преступники постоянно выбрасывают улики, рассчитывая, что контейнеры никто не станет обыскивать. Если там что-то есть, мы обязательно это найдем.

— Например?

— Скажем, школьный рюкзак Зака. Или его очки.

— Или даже самого Зака. Вы считаете, мой сын уже мертв, не так ли?

— Нет.

— Хорошо, потому что он не умер. Если бы это случилось, я бы знал. Я бы это почувствовал! И если бы я решил, что Зак умер, если бы хоть на мгновение поверил, что он мертв, то не сидел бы сейчас здесь. Вы нашли бы меня дома, с пулей в голове.

— А у вас есть пистолет, мистер Мердок?

— Нет, я не владею огнестрелом, но он бы мне и не понадобился. Всего-навсего нужно сдаться на милость людям, которые строчат о нас всю эту чушь в Сети. Вы видели, какими темпами растет возмущенная толпа у нашего дома?

— Мне давно не приходилось видеть такого накала в настроениях общественности, – признается Ребекка. – За долгие годы в этом городе было совершено немало убийств, и немало преступников остались безнаказанными. Гнев нарастает постепенно, а время от времени возникает дело, которое служит поводом к выплеску накопленного негодования. Исчезновение Зака – именно такой случай. Да, я видела электронные письма и вспышки гнева в Сети. Мне доложили, что полиции пришлось охранять вас по дороге к машине. Мы уже направили к вашему дому дополнительные силы, призванные усилить вашу защиту.