Книга Тихие люди, страница 172 – Пол Клив

Мне наконец удается дотянуться до ручки кусачек в кармане; тело понемногу избавляется от сковывающего онемения. Неутомимый Кан продолжает царапать дверь гостиной, желая ворваться к нам и завершить то, что начал.

— А вы неплохо так повеселились, – замечаю я.

— Я спросил, читала ли она этот роман, и она ответила: «Да», а я спросил, понравится ли он мне, по ее мнению. И она ответила: «Надеюсь, что так, – в конце концов, мы с мужем очень старались, когда писали его». Меня огорчило, что она замужем, но, знаешь, Лиза мне приглянулась, я еще никогда не общался с писателями и поэтому сказал: если ей когда-нибудь понадобится познакомиться с деталями полицейской работы, я с удовольствием помогу. Она сказала, было бы здорово, у нее действительно есть несколько вопросов, так что, если я никуда не тороплюсь… Ну, ты же и сам знаешь, как это бывает, да? Сегодня пьешь с кем-то кофе, завтра слушаешь жалобы на жизнь, через неделю вы вдруг оказываетесь в одной постели, а потом тебе рассказывают о планах бросить мужа и подать на развод…

Ручки кусачек зацепились за складку в кармане. Поерзав еще немного, я все же высвобождаю их, но ручки выскальзывают из пальцев.

— Ваша писательская карьера шла на спад. Лиза, назвав это проклятием «второго эшелона», объяснила, что издатели не станут вкладывать серьезные деньги в рекламу ваших новых книг. Она сказала, вы могли бы создать детективный роман года, но что толку, ведь поддержать его рекламной кампанией издатель все равно не захочет. Вашей карьере не повредил бы хороший толчок. Нечто грандиозное.

— Похищенный ребенок, – догадываюсь я.

— Эта идея возникла далеко не сразу, но, в общем, в итоге Лиза остановилась на ней. Она знала, что в первую очередь под подозрение всегда попадают родители. Но решила, мы сможем представить все так, словно в ваш дом проник кто-то со стороны; тогда покажется, что Зака похитили, но, усложнив инсценировку, мы посеем в этом сомнения. След от твоего ботинка был ее идеей, как и покупка новой коробки для игрушек. Должен сказать, это был умный ход, и ей пришлось помучиться, подбирая коробку нужной прочности. Одежда Зака, твои ботинки – это ведь я придумал подкинуть их в тот мусорный контейнер. Знал, что на той улице баки постоянно переворачивают и, если опять повалить их, люди спишут все на детские шалости. То есть обнаружение улик предстанет чистой случайностью. Поэтому-то я и связался с Далласом Локвудом, слил ему сведения об этой находке. Другого выхода не было, ведь твой телефон отслеживали в участке. Кент предположила: если это ты выкинул одежду, то обязательно за ней вернешься. Нельзя было позволить такому случиться.

Кан со всей дури врезается в дверь, заставляя нас обоих вздрогнуть. Теперь я с ужасом понимаю, как мне повезло, что прошлой ночью я оставил свой мобильник в мотеле. Будь он при мне, полиция узнала бы о ночном визите на кладбище и в итоге откопала бы Локвуда. Попав в тюрьму, я был бы вынужден наблюдать за тем, как растет мой сын, из-за решетки.

— На одежде Зака была кровь.

— Совсем немного. Я выронил его, когда доставал из машины. Случайно получилось, и Зак почти не пострадал, разве что немного порезал коленку. Уже тогда, промокая кровь его футболкой, я понимал, что в результате все сойдут с ума от тревоги, хотя ничего страшного не произошло.