Книга Белая ворона, страница 68 – Мария Дубинина

Ладонь Бона сильнее сжалась на плече, и я остановилась.

— Чувствую опасность, – сказал он. Я будто вынырнула из глубокого омута, куда сама себя погрузила. Звуки музыки стихли, и на меня накатило отчаяние, какого я давно не испытывала.

Пожирающие память рядом!

Я выругалась и побежала. Бон молча устремился за мной, не тратя время на вопросы, но уверена, позже он все мне выскажет. Мы мчались прямо в ловушку, но я не видела иного выбора – если промедлить, я могу потерять направление или того хуже – сама приду на съедение. Туманная завеса вдруг расступилась, и я едва не зажмурилась от неожиданности, перепутав яркий блеск воды с солнечными лучами. Вот только нам повезло, и свечение исходило из глубины озера, как будто на дне рассыпали содержимое сундука с сокровищами.

По берегу лениво бродили уродливые существа с гипертрофированными конечностями. Их спины были сильно выгнуты, как у животных, вынужденных передвигаться на задних лапах, острые позвонки едва не разрезали сероватую кожу. Чем дольше я смотрела на них, тем острее ощущала тошноту.

Туман окончательно улегся к моим ногам, и Бон за плечи мягко потянул меня в сторону, под прикрытие чахлых деревьев, но тут что-то произошло. Я ощутила электрический импульс, прошедший сквозь тело. Меня швырнуло на землю, Бон не смог удержать, и я буквально выпала из укрытия. Десятки уродливых лиц в едином порыве обернулись, глядя на меня складками кожи на месте глаз. Рты раскрылись, и высокий режущий уши звук ударил как взрывная волна. Я успела вскинуть руки, и чертова книга оказалась перед лицом. Возможно, это спасло мне жизнь.

Бон отпихнул меня и, прокусив запястье, материализовал два кровяных кастета, которыми начисто срезал голову самому дерзкому монстру. Одна растянувшаяся во времени секунда, и побережье озера превратилось в побоище. Я не жалела ни крови, ни силы, но казалось, что враги не заканчиваются. Их близость холодила внутренности, я знала, почему это происходило, но знание не помогало сопротивляться. Мы не продержимся долго.

— Бон!

Он переместился ближе ко мне, тяжело дыша.

— Делай что хочешь, Ворона, но вытащи нас.

Он был серьезен, а еще с ног до головы покрыт черной слизью, которая наполняла костлявые тела пожирающих память.

И, черт побери, у меня оставался один вариант в запасе, но как же я не хотела к нему прибегать.

— Рэй!

Я крутанула в пальцах кинжал и, пока не передумала, вонзила его себе в грудь. Кровь встретилась с кровью, в глазах потемнело, но я знала, что Бон попытался меня поддержать, пусть и не сумел. Я быстро покрывалась алой пленкой, и чем больше слабела, тем плотнее и живее она становилась. Будто бы вокруг меня, в точности повторяя очертания тела, без начала и конца текли потоки крови, сплетаясь в единое полотно. Кинжал еще торчал из груди, но постепенно уменьшался, впитываясь в меня. Надо успеть до того, как он исчезнет полностью.

Я раскинула руки, и древняя магия вампиров – магия крови, которой владели основатели нашего рода, – откликнулась на зов. Я стала всего лишь проводником для чего-то древнего и первородного, как сам грех. Разум трепетал, и мне было непросто подчинить силу себе. Кровавый шторм раскручивался вокруг, алые ленты разрубали все, до чего могли дотянуться. Воздух звенел от боли и нечеловеческого воя.