Книга Избранная, страница 178 – Юлия Белова

— Не знаю, хозяин. Двое в плащах. Они не представились, — честно ответила женщина, слегка приподняв свечу, будто надеясь разглядеть в её свете ответ на невысказанный вопрос.

Дэниз обернулся к рабыне. В глазах его мелькнуло раздражение, смешанное с усталостью. Ану была доброй женщиной, но порой её поступки граничили с безрассудством. Вздохнув, он вернулся в спальню и взял меч — холодный, тяжёлый, успокаивающе надёжный в руке.

— На дворе глубокая ночь, — проворчал он, спускаясь по лестнице на первый этаж. — Кто бы там ни пришёл, нужно было отправить их восвояси, Ану. Они у ворот?

— Нет, в гостиной, — тихо ответила она, следуя за ним.

— Ану… — остановился мужчина, покачав головой. В его взгляде читалось не столько осуждение, сколько горькое понимание: иногда даже самые верные слуги совершают ошибки.

Гости действительно ждали в гостиной. Двое в тёмных плащах, с капюшонами, надвинутыми на лица, стояли неподвижно, словно статуи. Их молчание и скрытность лишь усиливали напряжение, сгустившееся в воздухе.

Дэниз мельком отметил, что один из них заметно ниже ростом. Возможно, женщина или подросток — но уверенности не было. В ночной тьме даже очертания фигур казались обманчивыми.

— Кто вы и что вам понадобилось в моём доме? — спросил он, голос его прозвучал твёрдо, несмотря на недавнюю сонливость. Рука крепче сжала рукоять меча — металл холодил пальцы, возвращая ясность мысли.

Незваные гости обернулись на его голос. Медленно, словно исполняя некий ритуал, они сбросили капюшоны.

Мужчина охнул и тут же опустился на одно колено, склоняя голову в почтительном поклоне.

Ану, поражённая его реакцией, мгновенно повторила жест, опустившись на колени. Но даже в этом положении её глаза, полные любопытства, не отрывались от пары, стоящей перед ними.

— Госпожа… — прошептал Дэниз, и в этом единственном слове смешались уважение, преданность и лёгкая тревога.

— Настало время исполнить свою клятву, — произнесла она, и её голос, тихий, но твёрдый, разнёсся по комнате, словно удар колокола в ночной тиши.

* * *

Амалия не успела осознать, что произошло. Ещё мгновение назад она погружалась в сладкий сон, укутанная теплом постели, а в следующий миг — уже лежала на холодном полу, сбитая с толку и задыхающаяся от внезапного пробуждения.

Она приподнялась на дрожащих руках, растерянно озираясь. В голове царил хаос, мысли путались, словно обрывки ночного видения.

— Что… кто?! Как вы смеете?! Я — старшая наложница Повелителя! Вы… — начала она, но слова оборвались на полуслове.

Двое молодых евнухов, безликие в своём холодном усердии, грубо схватили её за локти, заставляя подняться. Их пальцы впивались в кожу, оставляя невидимые следы. Не успела Амалия и вскрикнуть, как рот её оказался зажат кляпом, а ноги оторвались от пола — её волокли по пустынным ночным коридорам, где тишина лишь усиливала ужас происходящего.

Каждый её протест, каждая попытка вырваться разбивались о невозмутимую силу евнухов. Страх, холодный и когтистый, впивался в сердце, заставляя дыхание срываться на судорожные всхлипы.

Её привели в незнакомую комнату — мрачную, с тяжёлыми шторами, поглощающими лунный свет. Грубо толкнув на кровать, евнухи отступили, оставив её одну в полумраке.

Амалия, дрожа, попыталась отползти в дальний угол, царапая пальцами покрывало. Руки судорожно потянулись к кляпу, пытаясь освободить рот.