Книга Повелительница, страница 164 – Юлия Белова

— Успокойся, Феру, тебя никто не винит, — перебила её Нина, успокаивающе беря подругу за руку. — Что случилось?

— Министр Коэф увидел генерала, — совсем сникла Ферухе, едва слышно выговаривая слова. — Увидел, как вы целуетесь…

— Так это хорошо, — бодро заключила Нина, чуть ли не хлопнув в ладоши. — Проблема решилась сама собой.

Анна, хоть и была с ней в чём‑то согласна, всё же ощутила укол вины. Джареф Коэф — хороший человек, достойный, умный, преданный. Он заслуживал нормального объяснения, честного разговора. Но она никогда не испытывала с ним того, что было с Ардэном. И дело вовсе не в постельных утехах — нет. Всё куда глубже: в отношении, во взаимосвязи, в родстве душ. Даже те чувства, что она когда‑то испытывала к Одашу, не шли ни в какое сравнение с тем, что она чувствует к генералу. Но Джареф… Он заслуживает честности.

— В любом случае, — вдруг решительно начала Ферухе, подводя итог разговору, — мы можем только советовать. Решать тебе. Но знай, что мы всегда поддержим твоё решение, каким бы оно ни было.

— Ну не скажи, — капризно протянула Нина, лукаво прищурившись. — Я в этой игре однозначно за Ара. А тот мальчишка…

Что она там хотела сказать — осталось тайной: в лицо Нине неожиданно прилетела подушка, оборвав фразу на полуслове. Бой Ферухе и Нины разгорелся не на шутку — подушки летали по комнате, словно снаряды в шуточном сражении, перья разлетались в воздухе, создавая причудливый снегопад. Смех звенел, наполняя пространство живой, беззаботной энергией.

Анна рассмеялась — искренне, от души, чувствуя, как с плеч будто сваливается невидимая ноша, а на душе становится удивительно легко. Девочки были правы. Если она не выполнит свою клятву, данную богам, то умрёт — это непреложный закон судьбы. Так почему бы не прожить хоть немного для себя? Не позволить себе ощутить радость, любовь, тепло живого чувства?

Мысли унесли её в прошлое. Когда‑то она точно так же попыталась найти счастье с Одашем — открыла сердце, поверила, рискнула. Но он покинул её, оставив боль и чувство вины. Долгое время Анна винила в этом только себя.

Но теперь, оглядываясь назад, она вдруг увидела всё иначе. Что, если это и было частью замысла богов? Что, если смерть Одаша стала той самой ступенью, которую она должна была преодолеть, чтобы подняться выше, достичь своей истинной цели? Ведь если бы не это испытание, она бы никогда не стала Повелительницей, не обрела бы силу тагира.

Её мощь росла — не только физическая, но и внутренняя: уверенность в себе, ясность взгляда, понимание своего пути. Она чувствовала, как крепнет решимость вернуть свой дом — тот, что был утрачен, тот, что ждал её возвращения. И в глубине души она знала: сам Одаш благословил её на новую жизнь. Он ушёл не для того, чтобы оставить её в одиночестве, а чтобы освободить место для чего‑то большего.

И, кажется, Ардэн — именно тот, кто сможет ей в этом помочь. Не просто спутник, не просто возлюбленный — а союзник, равный по силе духа, готовый идти рядом, делить с ней и битвы, и победы. В нём она видела ту опору, которой ей так не хватало: твёрдость, верность, способность видеть в ней не только Повелительницу, но и женщину — живую, ранимую, мечтающую о счастье.

Смех подруг, лёгкое перо, кружащее в солнечном луче, тепло комнаты — всё это сливалось в единый миг осознания: она имеет право на радость. Имеет право любить. Имеет право быть счастливой.