Книга Повелительница, страница 124 – Юлия Белова

Арганы с уважением покосились на мужчину — кто‑то одобрительно кивнул, кто‑то тихо хмыкнул, оценив и скорость, и красноречие телохранителя.

Анна сделала шаг вперёд. Её голос прозвучал спокойно, почти безразлично, но в нём чувствовалась сталь.

— Твоё имя? — спросила она, когда Тавер отошёл в сторону, закончив со своей воспитательной работой.

Пленник бросил на него злобный взгляд, затем снова посмотрел на Анну — в его глазах читалась смесь страха, злости и недоверия.

— Чеб Домишур, — процедил он сквозь зубы.

— Какое послание у тебя для тагира? — продолжила Анна, и в её взгляде не было ни капли жалости.

Господин Домишур явно не спешил с ответом. Он хмурился, недовольно поджимал губы и кривился, будто пытался выплюнуть застрявшую во рту горькую косточку. Тавер наигранно громко вздохнул, с нарочитой неторопливостью вынул из ножен кинжал и лениво провёл пальцем по лезвию. Чеб едва заметно вздрогнул — только на миг, но этого хватило, чтобы выдать своё беспокойство.

— Мой король имел одно… дело с… бывшим тагиром, — тщательно подбирая слова, ответил мужчина, избегая смотреть Анне в глаза.

Руко протянул Анне запечатанный конверт — тот нашли среди вещей пленника. Повелительница всмотрелась в печать: интересно было то, что там была не королевская печать, а родовая — витиеватая, с изображением сокола, терзающего змею.

Пленник занервничал, когда Анна вскрыла конверт и вынула послание. Её губы неожиданно тронула едкая усмешка — тонкая, почти незаметная, но от этого ещё более пугающая. Она вчитывалась в написанные строки, и с каждой секундой её взгляд становился всё холоднее. Пленник заёрзал на месте, бросая опасливые взгляды на окружающих его мужчин — на невозмутимого Чоксо, на хмурого Руко, на Тавера, чьи пальцы всё ещё лениво поглаживали рукоять кинжала.

— Как интересно, — проговорила Анна, когда с чтением было покончено. Голос её прозвучал тихо, но в зале повисла такая тишина, что каждое слово отдавалось эхом. — Значит, это по приказу короля Тикула Асс Агур раз за разом отправлял своих людей на земли Аркахаллы.

Аркахалонцы недовольно зароптали — кто‑то сжал кулаки, кто‑то глухо выругался. Анна передала письмо подошедшему Ардэну и обернулась к арганам. Взгляд её был острым, как клинок: почему никто из них не сообщил ей об этом интересном факте?

Мужчины поняли своего тагира без лишних слов и тут же рухнули на колени, низко склоняя головы.

— Тагир, мы ничего об этом не знали, — ответил за всех Руко, не поднимая глаз.

Анна просто кивнула, принимая слова мужчины. В её взгляде не было гнева — пока что, — лишь холодный расчёт.

— Это дело касается только нашего короля и Асс Агура, — буркнул пленник, подтверждая слова Руко. — Если вы развяжете меня, то мы сможем договориться.

— О чём же? — подняла бровь Анна, и в этом жесте было столько иронии, что пленник невольно сглотнул.

Он опасливо покосился на Тавера и остальных — на их суровые лица, на молчаливую угрозу, исходящую от каждого.

— Не волнуйтесь, здесь находятся мои самые доверенные лица, — успокоила его Повелительница, но в её голосе звучало что‑то такое, от чего по спине пленника пробежал холодок.

И он решил поиграть в молчанку. Крепко сжав губы, всем видом показывал, что больше не проронит и слова — ни угрозы, ни обещания не могли его сломить.