Книга Шелк и кровь. Принцесса (не) должна умереть, страница 89 – Анна Платунова

— Рин! Нет! Оттащите ее!

— Рин! Все будет хорошо! Дай Китти заняться делом!

Чьи-то руки обхватывают меня за талию, пытаясь приподнять, оторвать от Корвина, но я бьюсь, царапаюсь, тянусь к Корвину изо всех сил. Надо зажать рану. Надо зажать рану. Вот и все, о чем я могу думать.

— Это шок.

Голос Майлза.

— Рин, ты делаешь только хуже! Пожалуйста, отодвинься!

Эрик. Пытается взять меня на руки, но я вырываюсь и ползу, цепляясь за траву, к Корвину. Он зажимает рану на боку, губы бескровные, взгляд туманится. Я надавливаю ладонями поверх его руки, и кровь струится между нашими пальцами.

— Ваше высочество. Пожалуйста.

Китти. Наклонилась, осторожно касается плеча.

— Ты за руки, я за ноги, — переговариваются в шаге за спиной Вейн и Эрик.

Предатели. Корвин умрет, если я отпущу его! Я должна держать. Держать!

— Только осторожно, у Рин очень нежная кожа, как бы не оставить синяков. — Эрик, полон сожаления. — Проклятие! Рин, да услышь же нас!

— Дайте… мне… сказать…

Корвин приподнимает голову, облизывает сухие губы, смотрит мне в глаза. Поднимает взгляд выше. На Китти? На всех этих предателей?

— Генерал, — шепчет Китти торопливо. — Времени мало.

Тот лишь кивает: понял.

Смотрит на меня.

— Рин. Все хорошо. Я обещал победить и сдержал слово.

В голове немного проясняется. Всепоглощающий ужас уступает место горькой обиде.

— Ты мог погибнуть!

— Нет. В этом и состоял план.

Корвин говорит рублеными предложениями, но твердо. Понимаю, он не хочет меня пугать еще больше. Недоуменно смотрю на свои окровавленные ладони, на струящуюся кровь. Что я делаю, Творец? Так я его не спасу!

— Китти! — кричу я, совершенно забыв, что она рядом и только того и ждет, чтобы прийти на помощь.

Я уступаю ей место, сама стою на коленях, глажу Корвина по плечу и плачу. Меня никто больше не трогает, долетают обрывки разговора друзей.

— Ей надо выспаться. — Элейн. — Никому не под силу пережить столько.

— У мамы с собой есть снотворное, — неуверенно сообщает Вейн.

— Только попробуйте! Я все слышу!

За спиной неловкое молчание. Возня. Друзья рассаживаются на землю. Эрик гладит меня по спине. Майлз подбирается ближе, обменивается взглядами с Корвином, тот словно дает ему позволение продолжить вместо него.

— Это такая стратегия, Рин. Принести малую жертву, чтобы выиграть преимущество. Я и сам не сразу понял.

— Малую жертву? Нож в бок? — Видимо, я уже почти пришла в себя, если могу возмущаться и офигевать.

— Дирк. Должен был поверить. В победу. Иначе никак.

Поверить, что перед ним все тот же самоуверенный щенок, и в итоге потерять бдительность. Корвину нужно было подпустить Дирка как можно ближе, чтобы воспользоваться единственным преимуществом.

— А если бы кинжал ушел чуть выше и левее?

Корвин улыбается уголком губ, молчит, знает, что я сама догадаюсь. Да, он рассчитал и удар, подставился под кинжал так, чтобы оставалось время.

— В конце концов, у нас есть козырь в рукаве, которого нет у отряда Дирка, — напоминает Майлз. — Генерал Райдер все принял в расчет.

— Козырь?..

— Наша Китти, — отвечает Эрик с гордостью, так, словно Китти не просто «наша», а в большей степени «его».

— Ты как? — шепчет Элейн и гладит меня по руке.

Кровь из раны Корвина почти не течет, Китти выглядит сосредоточенной, но не взволнованной, поэтому я тоже выдыхаю и говорю: