Книга Рыцарь и мотылек, страница 147 – Рейчел Гиллиг

Наконец окончательно избавив меня от брони, Рори поднялся на ноги.

— Сядь на кровать.

Мои икры коснулись тюфяка. Я села, Рори посмотрел на меня исподлобья.

— Подними руки.

Он взялся за мою кольчугу, потянул, и железная сетка зашелестела. Медленно поползла вверх. Когда он ее наконец снял и бросил на пол, мы оба уже тяжело дышали.

Мои доспехи, точно поверженный враг, лежали у наших ног. Я вдруг почувствовала себя невесомой – как в Ярых Пиках, когда окунулась в бурлящие воды горячего источника.

Я поднялась на ноги.

— Снимай всё.

Рори скользнул взглядом по пуговицам моей стеганой рубахи; он нахмурился, ища еще какую-то часть брони, но ничего больше не осталось. Я взяла его за руку и провела ею по своему телу. По животу, по ребрам, вверх по шее и к щеке, пока жесткие, загрубевшие пальцы не коснулись моего покрова.

— И это тоже, – прошептала я.

Рори словно окаменел, настороженно замер всем телом.

— Сибил.

— Я буду носить его при всех, как того желает Бенджи. Чтобы доказать: я могущественная. Бесподобная. Грозная. Только…

Он не шевелился. Ждал, пока я договорю.

— Только, кажется, все это для меня уже не важно. – Я шагнула ближе, наши лица оказались совсем рядом. – Пожалуйста, Рори. Сними его. Я хочу, чтобы кто-то меня увидел. – Я прошептала это прямо у его губ. – И хочу, чтобы это был ты.

Рори дотронулся до меня медленно. Бережно. Завел указательный палец под покров, коснувшись скулы, огладил нежную линию ресниц.

Мы оба с трепетом выдохнули.

Я потянула его руку дальше, за ухо, к узлу на затылке. Рори распутывал узел, все это время не отрывая взгляда от моего лица. От тусклого огонька свечи на его собственное лицо ложились тени, отчего темные глаза казались двумя лужицами чернил. Взгляд скользнул по моим щекам, носу.

По моим губам – раз, другой…

Узел ослаб. Я инстинктивно дернулась к нему, прижав покров к щеке, чтобы тот не упал.

Рори замер.

— Ты можешь передумать.

Я опустила руку.

— Я не передумала.

Рори приоткрыл губы, но ничего не сказал. Его пальцы снова принялись за узел. Тот все слабел, слабел…

И наконец покров тоже полетел вниз, на груду доспехов.

Я не следила за его падением. Я по-прежнему вглядывалась в темные глаза Рори.

Он ахнул. Невыносимо долгий миг я ничего не могла понять по его лицу, разгадать взгляд.

— Что?

— Я просто… – Он задышал чаще. – Кажется, у меня нет слов.

— Я настолько безобразна?

Его палец коснулся моего подбородка и приподнял. Для меня Рори был просто безупречен. Покров никогда не мешал мне разглядеть его красоту, так что я не удивилась, увидев Родрика Миндашеса вблизи. Он был самим совершенством.

Но дело было не в этом. Я ни разу не видела у него такого выражения лица. В его взгляде светилось изумление, словно, увидев мои глаза впервые, он и сам стал другим.

Очень отчетливо, будто моля каждую частицу моего существа ему поверить, он сказал:

— Ты самая прекрасная женщина, которую я видел, Сибил Деллинг.

В воздухе витал его запах. Мускус, праздноцвет и терпкий аромат пота. Я слишком быстро вдохнула – наполнила им рот и легкие, – но этого было мало.

Во взгляде Рори вспыхнула тьма. Никто больше не преклонял колени, не прятался за броней. Мы стояли почти на равных, глаза в глаза, безупречное равновесие, он – нагой в своем изумлении, я – в своей беззащитности, и оба сгорали от желания.