Книга Брак с гарантией, страница 29 – Янка Рам

— Изнасиловали ее, посмотрите какая жертва! Даже следователь тебе сказал, что это не изнасилование. Ты ж сама пила.

Бокал коктейля?!

— Ой, все...

Мать судит по себе, для нее всегда ширинка была сверх ценностью. Отчимов мы меняли как перчатки. И они всегда были важнее, чем мы.

— Я никуда не пойду. У меня сегодня свидание. Прямо сейчас. Мне пора, — открываю входную дверь.

— Не будешь помогать, вот тебе, а не доля от бабкиной дачи, — складывает фигу. Длинные, острые, уже неприлично отросшие ногти торчат в разные стороны.

— Совсем обнаглели, только дай-дай-дай им! Кобылицы уже взрослые! Сами себе зарабатывайте. Актриса она... погорелого театра!

С четырнадцати лет это слышу.

Да я уже и не верю, что мне что-то достанется оттуда. Если бы не Васька... Эх.

— Я позвоню, — цежу я.

— Господи, порвала бы ты их уже, что ли? — смотрит с отвращением на моих рыб. — Чисто клоунесса.

— Мне так нравится.

— Как малолетка.

— Это мое дело!

— На свидание она собралась. Позор, да и только!

Схватив бутылек йода, с раздражением плескает мне на брючину.

Остолбенев, смотрю как расплывается пятно по белой ткани.

— Ну, порыдай еще! Девке двадцать три, она в штанах для шестилеток ходит.

Мама уходит, хлопнув дверью.

В шоке иду за ней запереть калитку. На крыльце вдруг накрывает. Оседаю, закрывая лицо руками. Трясёт...

— Ты чего? — садится рядом Север.

Не в силах выговорить ни слова, поджимаю дрожащие губы, обиженно показывая на пятно.

— Любимые?

Горько киваю.

— Ну... ладно. Не переживай. Я запомню, какая ты в них была классная, — успокаивает меня, на мгновение приобняв за плечи.

Вытаскивая сигареты, прикуриваю трясущимися пальцами.

Смотрит на пятно, оттягивая брючину.

— Вырежи из такой же ткани рыбу. Пришей сверху. Прямо на пятно. Толстыми черными нитками бахни. У меня у дочки так аппликация пришита. Будет еще лучше.

Точно! — распахиваю широко глаза, вдруг ощутив облегчение.

Истерично улыбнувшись, киваю.

Так и сделаю!

— Уф... прям чуть сердце не разорвалось! — смеется, прикладывая ладонь к груди. — Ты смотри мне... Без трагедий давай. У меня нервы слабые.

Вот расцеловала бы!..

Итак, Идионина, это всего лишь свидание с чашечкой кофе. Девчонки на такие каждый день бегают с разными парнями. Ничего, все живые, довольные.

Мой броне-комбинезон с рыбами пришлось сменить на летний сарафан бохо. Серенький такой, длинный, мешковатый. Мама его называет — половая тряпка. Думаю, ему может запросто угрожать зеленка. А в сочетании с кедами я каждый раз нарываюсь на материнское проклятие. Мама считает, что дочери — это часть ее гардероба. И ей о-о-очень за меня стыдно.

Так волновалась, что пришла заранее. А по канону надо бы было опоздать.

Саша приходит с тремя розами.

— Привет! — вручает мне.

Растерявшись, я сначала пытаюсь встать, чтобы взять. Надо же встать? Но цветы уже у меня в руках, и зачем тогда?! Тем более, он уже садится напротив. В общем, нелепо поелозив и подпрыгнув на стуле, кладу их на стол, ближе к окну.

Саша — сын моей бывшей учительницы. Он такой был... ботан-отличник.

— Как дела у Марии Антоновны?

В школе я звала ее Мария Антуанетта, ей очень нравилось.

Ну не знаю я, о чем еще говорить!

— Передавала тебе привет.

Он заказывает нам по чашке кофе.

— Тебе с молоком?