Книга Убийство в издательстве, страница 23 – Анна Дельвиг

— Редактором? Или писателем? – Соня вздернула бровь. – Если он станет тут редактором, он убьет свой живой язык, зачитываясь тоннами второсортной литературы. Оставьте его в своем мире, пусть дальше строит свои воздушные корабли.

Петропавловский остановился.

— Ты читала Рэя Брэдбери?

— Конечно! – Соня затормозила, едва не выронив первый лист рукописи, но вовремя подхватила выскользнувшую бумажку. – «451 градус по Фаренгейту». Перечитывала в новом оформлении недавно. Горящая новинка.

— Да я не про нее! – Главред отмахнулся и процитировал: «Когда люди спрашивают, где же я беру свои идеи, я смеюсь. Странно, что мы так заняты поиском путей и способов вовне, что забываем заглянуть внутрь себя». Это «Дзен в искусстве написания книг», его книга о том, как писать книги.

— Так вы мои мысли цитатой подкрепили, получается?

— Брэдбери не то чтобы сидел на месте, медитируя на «воздушные корабли», как ты говоришь. Он с восемнадцати лет перебивался то тут, то там за гроши. Вертелся среди других писателей, издавал свой журнал… В общем, когда он закончил твой любимый «451 градус по Фаренгейту», его неплохо так потаскало. Это я к чему? Чтобы заглядывать внутрь себя, нужно сначала это самое «внутрь себя» обустроить. Прибраться там, расставить диван, собрать книжный шкаф, расположить вселенский ужас и хаос мысли на определенных полочках, подпереть все томиком Хайдеггера или еще какой философией, рядом поставить пару-тройку любимых книг, найти точки соприкосновения с миром, бытом и собой. И натаскать извне уйму всяких полезных штук, не всегда, впрочем, приятных: магнитик из Греции, штраф о пересечении полосы не в том месте, шнурок, порвавшийся, когда как дурак лез на гору в кедах, диплом третьей степени, разбитое сердце и открытку от друзей из Питера. Понимаешь?

— Чтобы было о чем писать?

— Чтобы чувствовать, что ты пишешь. Талант может быть данностью, но профессионализм не приходит по щелчку пальцев. И, разумеется, чтобы все работало должным образом, человеку нужен человек – или хотя бы его мемуары. Воздушные корабли тоже нужно уметь строить.

— Но можно ли его научить? – не сдавалась Софья. – Он же глупенький.

— Я в этом издательстве работаю почти целую вечность. – Петропавловский улыбался одними глазами. – И – скажу тебе по секрету – я фанат его «Морфологии». Не знаю, куда смотрели его коллеги: это чудо, а не книга.

Двое из отдела особых проектов повернулись друг к другу, словно фехтовальщики, приготовившиеся к схватке.

— Так что, будешь спорить? – не уступал Петропавловский.

— Кофе из «Дилижанса» с черничным сиропом? – Софья прищурилась.

— Со взбитыми сливками. – Виктор Васильевич кивнул. – Помню.

— А в вашем случае?..

— Хм… – главред почесал подбородок. – Неделю все сверки на тебе.

— Нечестно! – Соня надула щеки.

— Хорошо. Заказное переиздание Библии с комментариями на тебе.

— Эй! Кофе на Святое Писание?

— Такая у меня религия. – Петропавловский пожал плечами.

— Виктор Васильевич, хватит. Давайте это будет капучино с ореховым сиропом?

— Ладно-ладно, но насчет сиропа придумаю ближе к делу. Возможно, карамель… или вообще без сиропа! Я просто почти уверен, что ты проиграешь, – Виктор Васильевич улыбался уголками рта. – Я в него верю.

— По рукам, – вздохнула Соня. – Вы опять меня обведете вокруг пальца.