Книга Миссия в Сараево, страница 65 – Алим Тыналин

Ждал, пока все уснут окончательно.

Прошел час. Может, больше.

Я тихо встал, накинул пиджак. На ноги туфли на каучуковой подошве, чтобы не скрипели половицы. Вышел из барака.

Снаружи лунная ночь. Почти полная луна, висела над соснами, заливала лагерь серебристым светом. Холодно. На траве роса.

Я прошел вдоль бараков, держась в тени.

Штабной барак. Свет в окне. Они еще не спят. На это я и рассчитывал.

Я тихо подошел ближе, прижался к стене. Слушал.

Голоса. Двое. Танкович и кто-то еще. Незнакомый голос, более молодой.

Я осторожно приблизился к окну. Заглянул.

Внутри стол, карты на стене, две керосиновые лампы. Танкович сидел за столом, перед ним стопка бумаг. Напротив мужчина лет тридцати, высокий, худощавый, темные усы. Одет по-городскому, костюм, жилет, часовая цепочка. На столе перед ним кожаный портфель.

Из Белграда. Скорее всего, от Дмитриевича.

Я прислушался.

— … все готово, — говорил незнакомец. — Полковник Дмитриевич утвердил план. Операция назначена.

Танкович кивнул.

— Когда?

— Конец июня. Точная дата будет объявлена позже. — Незнакомец достал из портфеля конверт, положил на стол. — Здесь инструкции. Цель высокопоставленное лицо. Австрийское. Очень высокопоставленное.

Танкович взял конверт, не вскрывая. Положил перед собой.

— Кто именно?

— Детали позже. Полковник не хочет, чтобы информация распространилась преждевременно. — Незнакомец закурил папиросу. — Но знай: это изменит все. Если успеем Австрия не будет иметь выбора. Война обязательно начнется.

Танкович молчал. Смотрел на конверт.

— Сколько человек?

— Пятнадцать. Лучшие. Ты выберешь шестерых для основной группы. Остальные резерв, поддержка. — Незнакомец затянулся. — Список уже есть?

Танкович кивнул, достал из ящика стола бумагу. Протянул.

— Вот. Пятнадцать. Все проверены. Все готовы умереть.

Незнакомец взял, прочитал. Кивнул.

— Хорошо. Принцип, Грабеж, Чабринович, Попович… — Он перечислял имена. — Да, это те, кто нужен. — Он вернул список. — Готовь их. Особенно Принципа. Он главный. Остальные страховка.

Танкович налил себе ракии из бутылки на столе. Выпил залпом.

— А этот русский? Соколов? Что с ним делать?

Незнакомец пожал плечами.

— Полковник сказал присмотреть. Если полезен использовать. Если опасен устранить. Пока непонятно. Ты следишь?

— Попович следит. Каждый день. — Танкович налил снова. — Соколов ведет себя, как слабак. Боится крови, плохо стреляет, неуклюж. Но…

— Но что?

— Есть сомнения. Что-то с ним не так. Слишком спокойный. Слишком наблюдательный.

Незнакомец усмехнулся.

— Вы везде видите врагов. — Он затушил папиросу. — Но на всякий случай, не посвящай Соколова в детали. Пусть видит общую картину, не больше.

Танкович кивнул.

— Понял.

Незнакомец встал.

— Я уезжаю завтра. Передай Поповичу, пусть будет готов. Через две недели приеду снова, привезу оружие и деньги. — Он взял портфель. — До встречи, Войислав.

— До встречи, Михайло.

Они пожали руки. Незнакомец пошел к двери.

Я тихо отступил в тень, прижался к углу барака. Слышал, как дверь открылась, по крыльцу загрохотали шаги.

Незнакомец вышел, остановился на мгновение, закурил снова. Постоял, глядя на лагерь. Потом пошел к краю, где стояла телега с лошадью. Сел, тронул поводья. Телега покатила по дороге, скрылась в темноте леса.