Книга Миссия в Сараево, страница 6 – Алим Тыналин

— Слушай внимательно. Совет бесплатный. Больше не попадайся нам. Потому что в следующий раз встретишь не нас. Встретишь тех, кто не будет с тобой церемониться.

— Не понимаю о чем вы, — дрожащим голосом сказал я.

Он шагнул назад, погрозил мне пальцем и кивнул товарищам.

— Идем.

Они повернулись и быстро зашагали прочь, исчезли в темноте переулка. Я остался стоять, прислонившись к стене, тяжело дыша.

Провокация. Предупреждение. Урбах показал, что знает о моих контактах. Дал понять, что я под наблюдением. И если не уберусь, будет хуже.

Но зачем предупреждать? Почему не арестовать сразу?

Потому что нет доказательств. Или просто потому что надо спровоцировать меня на неосторожные действия.

Я медленно выпрямился, ощупал живот. Болит, но не критично. Завтра будет синяк, но кости целы. Они били аккуратно, профессионально. Чтобы запугать, но не покалечить.

Часы украли. Жаль. Но кошелек с небольшой суммой приемлемая потеря.

Главное, я остался жив, не выдал себя, если они клюнули на мою игру… Я отыграл роль перепуганного журналиста, не продемонстрировал никаких боевых навыков.

Но теперь я знал точно, что Урбах вступил в игру. Это уже не просто наблюдение. Это активная игра. Запугивание, давление, проверка на прочность.

Что дальше? Арест? Подброшенные улики? Попытка вербовки?

Неизвестно.

Я оттолкнулся от стены, сбавил дыхание, теперь нет нужды строить из себя перепуганного кролика.

Прошел остаток переулка, выбрался на освещенную улицу. Поправил пиджак, пригладил волосы. Попытался выглядеть собранно, хотя внутри все еще клокотал адреналин.

Книжная лавка «Српска Књига» показалась через два квартала. Небольшое здание из потемневшего кирпича, вывеска над дверью едва различима в темноте. Окна темные, но я знал, в подвале горит свет. Там ждут.

Я остановился у двери, сделал глубокий вдох. Выдох. Еще один. Успокоил дыхание, замедлил пульс. Старая техника из прошлой жизни. Контроль над телом через контроль над дыханием.

Нельзя показывать страх или волнение. Рассказать о нападении как о досадном, но незначительном инциденте. Ограбление обычное дело в Дорчоле, никто не удивится.

Но некоторые могут заподозрить. Владимир, например. Он слишком умный, слишком наблюдательный. Может заметить несоответствия. Задать неудобные вопросы.

И Чирич. Он не глупец. Он заметит. Но что именно подумает?

Я не знал. Но скоро узнаю.

Толкнул дверь лавки.

Дверь открылась с тихим звоном колокольчика. Внутри темно, пахло пылью и старой бумагой. Между стеллажами с книгами узкий проход к задней двери, за которой лестница вела в подвал.

Я прошел между полками, толкнул заднюю дверь. Лестница вниз, крутая, деревянные ступени скрипят под ногами. Внизу теплый желтый свет керосиновой лампы, голоса.

Спустился медленно, держась за перила. Левой рукой придерживал бок, там действительно болело, хотя и не так сильно.

В подвале замолчали. Все обернулись, глядя на меня.

Чирич у стола, лицо непроницаемое. Милош у стены, скрещенные руки. Владимир на ящике, внимательный взгляд. Петар на табуретке, бледный и напряженный. Душан в углу, дрожащий.

И Елена у книжной полки.

Наши взгляды встретились. В ее глазах мелькнуло беспокойство, вопрос. Она заметила, как я держусь за бок.

Я попытался улыбнуться, показать, что все в порядке. Не уверен, насколько убедительно получилось.