Книга Жена палача, страница 109 – Ната Лакомка

— Неужели, палач пьет из таких чашек? – не утерпела Лиз.

Её вопрос меня позабавил и даже не обидел. Когда-то и я была поражена, что человек с такой страшной и ужасной профессией может любить изысканные и красивые вещи.

— Как видите, форката Тюренн, - ответила я со смехом. – И ещё он прекрасно играет на лютне.

— Да что ты, Виоль! – выпалила Лиз и тут же смутилась. – Простите, фьера ди Сартен.

— Вы прекрасно знаете, что я не фьера, - поправила я её, прямо у них на глазах замешивая в миске жидкое тесто. – Ведь мой муж – не благородного происхождения.

— И вам не жаль?.. – спросила Анна, глядя на меня поверх чашки.

— Почему я должна жалеть, что вышла замуж за доброго человека? – пожала я плечами. – Профессии бывают разными, а доброго сердца ни за какое золото не купишь.

— Фьера Монжеро велела передать, - быстренько соскользнула со щекотливой темы Лиз, - что она купила почти всё по вашему списку и заедет на следующей неделе, чтобы привезти.

— Отличная новость, - порадовалась я. – И отличные вафли готовы! Принимайте первую партию.

Мы ели хрустящие вафли, смазав их кисло-сладким вареньем, пили черный ароматный чай – который не стыдно было бы предложить самому королю, и болтали. Девиц интересовало всё – как я живу, чем занимаюсь в свободное время, не страшно ли мне наедине с сартенским палачом… Я старалась отвечать дружелюбно и с юмором, прекрасно понимая, для чего моя тётушка отправила ко мне этих любопытных и резвых пташек. Моя тётя осталась верна себе и исподволь, медленно но верно, старалась вернуть меня в привычный круг общения.

Когда вафли были съедены, я устроила гостьям путешествие по дому, и они, лаская моё тщеславие, восторгались и обстановкой комнат, и прекрасным видом на город, и дорогими и красивыми вещами, которые я и Рейнар использовали в быту.

Приближалось время обеда, а форкаты и не думали уходить.

Мы снова сели за стол, и я подала куриный суп с пряностями и холодный пирог с мясом косули.

— Мы так переживали за вас, - поверяла мне Лиз, - и, если честно, сами напросились у фьеры Монжеро разрешения навестить вас.

— Теперь вы спокойны? – спросила я с улыбкой. – Вы же видите – я жива, здорова и даже счастлива.

— О да! – выдохнула Анна, с восхищением разглядывая столовое серебро.

— И чтобы прийти в гости, вам не надо спрашивать разрешения ни у моей тёти, ни у кого-то еще, - сказала я, словно между прочим. – Мне будет всегда-всегда приятно видеть своих милых подруг.

— Конечно, мы придем ещё! – восторженно заявила Лиз, и в это время хлопнула входная дверь.

Девицы мгновенно побледнели, ложки в их руках задрожали, но я сделала вид, что не замечаю их смятения.

— Наверное, это муж вернулся, - сказала я весело и позвала, повысив голос: - Рейнар, у нас гости!

Он появился на пороге бесшумно – и остановился, глядя на девушек, готовых упасть в обморок при одном его неосторожном движении. Рейнар был без маски, лента скрывала клеймо, и больше он ничем не отличался от жителей Сартена.

«Разве что красотой», - подумала я лукаво.

— Моего мужа вы знаете, - сказала я девицам, притихшим, как мышки, - это – Рейнар ди Сартен. А это – мои подруги. Форката Анна Сегюр и форката Лиз Теннер.

— Добрый день, - учтиво приветствовал их Рейнар, и девушки пискнули что-то невнятное в ответ. – Не буду вам мешать, - продолжал мой муж, - пойду наверх…