Книга Дар смерти, страница 198 – Анна Трисс

Ступив на площадку с видом на игровой сектор, Алисия ожидала увидеть детей, с радостными криками бегающих повсюду, словно стайка воробьев, но, к ее великому удивлению, они все сидели по-турецки на траве, безмолвные и очарованные импровизированным представлением, которое устроили двое взрослых мужчин, впавших в детство.

Ибранхам покачал головой, пробормотав, что провидение ополчилось против него; его мать направилась к каменной стене, окаймлявшей зеленую террасу, с более расслабленной улыбкой на лице.

Действительно, человеческий воин и эльфийский политик, которые изображали комиков-любителей с горсткой реквизита, развлекая маленькую аудиторию, являли собой зрелище, которое королева не пропустила бы ни за что на свете. Перевозбужденные дети, должно быть, упросили двух друзей показать им одно из представлений, секрет которых был известен только им, где они дергали себя за рукава, кричали и прыгали вокруг зрителей. Если регент Эливан уступил этим настойчивым просьбам с далекоидущей целью – завоевать популярность среди родителей через их детей, – то Абинк просто не упустил возможности их повеселить. Маленькие эльфы его обожали, и он платил им взаимностью. Они взрывались хохотом, когда этот двухметровый мужчина изображал крик животного из Заповедного леса, участвовал в конкурсе гримас с самыми маленькими или делал вид, что спотыкается об корень. Он много раз говорил Алисии, что предпочитает компанию детей обществу взрослых.

Заинтригованная правительница увидела, как ее любовник завернулся в большой ярко-красный плащ и сел на корточки перед выцветшим тюком из ткани. Закрыв глаза, качаясь взад-вперед, воин принялся изображать громкий храп, вызвавший первые смешки среди детей. С длинной заостренной веткой в руке Эливан кружил возле него, тыкая в руку, спину, щеку. Его друг продолжал делать вид, что спит.

— Какая ленивая рептилия! Просыпайся уже, чтобы сразиться с героическим рыцарем, явившимся спасать свою прекрасную принцессу! – кричал регент, стуча по плечу Абинка концом палки. – Давай, шевелись, у меня мало времени! Мне еще нужно победить сотню чудовищ и освободить столько же благодарных принцесс!

Абинк открыл один глаз, безразлично взглянул на своего мучителя, затем снова закрыл его и захрапел еще сильнее. Дети прыснули со смеху.

— Давай, вставай, красный дракон! – упорствовал политик, хмуря брови. – Сражайся! Мой кодекс чести запрещает мне убивать спящую рептилию, какой бы опасной она ни была!

— Отстань от меня, дрянной рыцаришка, – проворчал Абинк своим самым гортанным голосом, сворачиваясь калачиком. – Ты что, не видишь, что я высиживаю яйцо? Что касается твоей принцессы, ты явился слишком поздно. Я поджарил ее на медленном огне в кастрюле с картофелем, овощами и кисло-сладким соусом, а потом ковырялся в зубах ее косточками.

Трое детей в ужасе прикрыли рты ладошками. Остальные освистали человеческого комика, который разразился обманчиво яростным рычанием в их сторону.

— ЧТО? – воскликнул Эливан, отступая на шаг назад. – Ты сожрал мою прекрасную принцессу, злобный красный дракон?

— Наш регент просто прирожденный актер! – проворчал Ибранхам матери.

Из-за давних разногласий Эливан ему тоже не нравился.

Алисия попросила его помолчать, приложив указательный палец к губам.