Книга Тигровая лилия, страница 183 – Катерина Зверь

— Такие, как мы? – Алар холодно усмехнулся, обводя взглядом собравшихся на площадке. – Что ж, в таком случае вам придется убить куда больше, чем там бесова дюжина, что сейчас стоит перед вами, достопочтенная.

— Мы убьем всех, кого потребуется. – На лице Руйо не дрогнул ни один мускул.

Алар оглянулся, словно ища кого-то глазами. Джемайя не сразу поняла, кого он высматривает, и даже успела забеспокоиться, не успел ли он перетянуть на свою сторону кого-то еще так же, как перетянул Фаррана…

И в этот момент охотник взглянул прямо на нее. И улыбнулся.

Джемайе стало холодно. Может быть, это ледяной морской ветер принес слишком много брызг…

Поспешно отойдя от парапета, Джемайя направилась вверх по лестнице.

Алар наверняка решил, что она сбежала. Что она струсила.

Пускай.

Даже если он и прав – в очередной раз! – то эти мысли все равно останутся при нем, он унесет их с собой на тот свет, а что уж там будут думать о ней местные бесы – не имеет значения.

А еще в тот момент она поняла, что не хочет видеть, как охотников казнят. Эта казнь станет еще одним доказательством правоты Алара, невыносимо ярким доказательством. И громче всех прочих чувств в душе Джемайи звенело разочарование.

Ей было горько знать, что все закончилось вот так. Что никто, даже Первая мать, оказался не в силах разорвать этот проклятый круг. Она надеялась, что Руйо все-таки согласится – и сумеет – найти нужные слова, что она сумеет предложить Алару что-то. И что он, лишившийся надежды, ухватится за эту соломинку.

Но он не ухватился. А может быть, Первая мать ничего и не предложила.

Неважно.

Солнце опустилось ниже, залив площадку медным светом, словно поторапливая палачей отпустить грешные души поскорее.

И стаю Алара казнили. Всех до единого, а вместе с ними и Фаррана, Тень, предавшую свой город.

После этого в городе наконец-то воцарилось спокойствие. Лишь шелестели по самым дальним, по самым темным углам, мелкие, докучливые слухи, но вскоре замолкли и они, утонули в череде хлопот, начинавшихся перед последними торговыми неделями.

Джемайя надеялась, что эти хлопоты помогут ей отвлечься. В такие дни в город стекалось множество новых людей, а вместе с ними и множество новых слухов и новых проблем. Так что предаваться печальным размышлениям не было ни времени, ни сил.

Но слова Алара не выходили у Джемайи из головы. И хищный, слегка лукавый взгляд янтарных глаз нет-нет да вспоминался, стоило ей взглянуть на ночное небо, где постепенно вызревала новая луна.

Может быть, Алар и впрямь что-то сделал с ней. Перестраховался, ожидая ее отказа.

Так что ночей большой луны Джемайя ждала с опаской. И когда в одну из таких ночей, незадолго до начала торговых недель, она почувствовала себя дурно, то сразу же отправилась к старшему лекарю Серого угла.

И ее страх подтвердился – но совсем не так, как она ожидала.

Джемайя носила под сердцем ребенка Алара ар-Кешшара.

Убийцы. Демона. Зверя.

«Вам придется убить куда больше, чем та бесова дюжина, что стоит перед вами», – сказал Алар.

«Мы убьем всех, кого потребуется», – ответила Руйо.

Джемайя не знала, хватит ли ей духу убить дитя, чей грех, как и ее собственный, заключался лишь в дурной крови. Но Первая мать, явившаяся в лазарет Серого угла, лишь покачала головой, выслушав эту новость.