Книга Константин. Восточный фронтир Империи, страница 99 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Мистер Райс, если вы думаете, что нанесенное мне и моей стране оскорбление можно компенсировать деньгами, то очень сильно ошибаетесь.

— Помилуйте, принц! Разве вы не утолили свою кровожадность, разрушив Мацумаэ? Сделать то же самое с Хакодате все же немного чересчур… не находите?

— Боюсь, что мы с вами не сможем понять друг друга. Впрочем, вы в данном случае всего лишь посредник. Поэтому говорите прямо, на что готов пойти губернатор, чтобы исправить ситуацию.

— Его превосходительство готов выплатить причитающуюся компенсацию. Скажем, двадцать тысяч мексиканских долларов. Больше у него просто нет, да и то что есть, по большей части в виде товаров. Но если вы позволите ему сообщить об случившемся инциденте бакуфу и проявите некоторую сдержанность, полагаю, что сумма по меньшей мере тут же удвоится. Кроме того, вы сможете потребовать практически любые уступки в торговле. Да-да, я вижу, что вам не по душе мой меркантилизм, но согласитесь, вам предложили немало. Что же касается территориальных споров на Сахалине и Курилах, то это вам в любом случае придётся решать с сегуном. Губернатор просто не имеет таких полномочий.

— Хорошо, мистер Райс, — после недолгих раздумий ответил я. — Можете считать, что вас услышали. И раз уж вам было угодно взять на себя функции посредника, соблаговолите передать господину губернатору мои условия. Помимо компенсации, которую вы имели честь озвучить, я требую безусловной выдачи дайме Такахиро Мацумаэ, а также всех его людей.

— Могу я спросить зачем?

— Чтобы предать справедливому суду, разумеется! А вы что подумали?

— Именно так я предполагал, — расплылся в улыбке американец. — В таком случае, разрешите мне откланяться?

— Ни за что. Время почти обеденное. Неужели вы думаете, что я отпущу вас голодным? Окажите мне честь, отобедав со мной!

— Полагаете, губернатору будет полезно немного подождать? — сообразил консул. — В таком случае не откажусь. Надеюсь, у вас найдется хороший коньяк? А то местная рисовая водка, признаться, ужасно мне надоела!

— У нас есть? — обернулся я к Шестакову.

— Мистер Райс, — улыбнулся Иван Алексеевич, — вы попали по нужному адресу!

— Ваше высочество, — пользуясь случаем, тихонько спросил у меня Гошкевич. — Надеюсь, вы понимаете, что ваше требование совершенно невыполнимо?

— Разумеется! Именно поэтому я его и выдвинул.

— Вам не нужен мир, — обреченно вздохнул несостоявшийся консул.

— Ну почему же не нужен… нужен! И желательно весь!

[1] В 1839 году Гошкевич занялся переводом Ветхого Завета на русский язык с древнееврейского. На свою беду, делал он это без санкции Синода, за что и был привлечен к административной ответственности.

[2] Исторический факт. При годовом доходе в денежном исчислении в 140–150 тыс. рё, долги дома Симадзу в 1818 г. достигли 900 тыс. рё, а к 1827 г. выросли до 5 млн рё.

Как и следовало ожидать, выдать проштрафившегося дайме японцы отказались. В принципе, я в какой-то мере их понимаю. Выдавать своих людей чужакам на расправу последнее дело, но и сам уступить теперь уже не могу. Ибо невыполненная угроза по восточным меркам — потеря лица. Правда, Элиша Райс на пару с Гошкевичем не уставали взывать к моим христианским чувствам, действуя в том числе и через великую княгиню, но успеха так и не добились.