Книга Константин. Восточный фронтир Империи, страница 45 – Иван Оченков, Антон Перунов

Первой вышла из салона Анастасия Александровна, за ней последовал Воеводский со своими сотрудниками, затем командир «Генерал-Адмирала» и наконец мы остались одни. Я тем временем решил не тратить время на вызов прислуги, а подошел к буфету и разлил в три серебряные стопки коньяк. После чего жестом предложил присоединиться.

— Prozit!

Янтарная жидкость факельным шествием проследовала по пищеводу, после чего в желудке появилось ощущение тепла.

— Лимоны, к сожалению, кончились, поэтому извольте отведать моченой клюквы.

— Хороша! — крякнул Воробьев, но тут же сконфузился и отступил в сторону.

— Все чисто? — как бы промежду прочим поинтересовался я.

— Комар носа не подточит, — заверил меня подполковник.

— Ну и славно. А как с пленными и посещениями колошей?

— Зря я что ль своих унтеров натаскивал? — усмехнулся поручик.

— И то верно. Есть что-нибудь, что мне необходимо знать?

— Да как бы вот, — выложил на мой стол увесистый мешочек из оленьей кожи Воробьев.

— Это то, что я думаю?

— Так точно-с. Почти два с половиной фунта золотого песка, — пояснил Беклемишев.

— Откуда?

— В том-то и дело, что неизвестно. Какие-то старатели добыли прежде, чем попасться индейцам.

— Индейцам? — высоко приподнял бровь я.

— Вот именно что индейцам. Они и без нас частенько с англичанами враждовали. С этими бедолагами, по всей видимости именно так случилось. Одеяла, ружья и прочий инструмент дикари забрали себе, а вот истинная цена золота им не известна. Тойон Шейкс просто отдал его нам.

— Этому стахинцу можно доверять?

— Не в большей мере, чем любому другому дикарю. Но сейчас мы с ним друг другу нужны…

— А чем заняты наши геологи?

— Горные инженеры Дорошин и Антипов с партиями отправились осматривать территории в Кетчикане и на островах Адмиралтейства. Много в этом году сделать, конечно, не успеют, но лиха-беда начало. Кроме того, собираем сведения среди служащих. Почти наверняка среди приказчиков могут найтись люди, имеющие необходимую информацию.

— Понятно. Еще какие-нибудь проблемы есть?

— Не решаемых пока не встречалось, — скупо улыбнулся Беклемишев.

— Переводчиков толковых трудно найти, — снова подал голос Воробьев.

— В смысле? — не понял я. — А креолы здешние?

— Да мутные они какие-то. Взять хоть Фому, который с нами ходил. То напьется, то торговать пытается, а как вернулись вовсе чуть с ума не сошел…

— Говорит какие-то охотники без него на промысел ушли, — пояснил, видя мое недоумение жандарм.

— И что?

— Да ничего. Напился с горя…

— А про золото, — кивнул я на мешочек, — он знает?

— Увы.

— Это плохо.

— Не то слово, — продолжил выкладывать наболевшее Воробьев. — Совсем пустой народишко. Податей почитай никаких нет, живут как у Христа за пазухой, да еще и пьянствуют!

— Ну уж этим-то на Руси-матушке никого не удивишь. Что и впрямь такие пустые люди?

— Поручик несколько преувеличивает, — поспешил вмешаться жандарм. — Здешние креолы народ вовсе не бесталанный, беда лишь в том, что отсутствие обязательств перед властями и праздность делает их ленивыми.

— Праздность?

— Именно. Сами посудите, зима в здешних краях длится по полгода. И все это время приказчик сидит в своей одиночке, ждет пока какой-нибудь индеец принесет ему пушнину. Он ее оценит, выкупит, а поскольку немалая часть пушнины обменивается ни на что иное, как на ром…