Книга Константин. Сталь и Кровь, страница 8 – Иван Оченков, Антон Перунов

— Спасибо за заботу, — грустно улыбнулся я, — но нет. Мое сердце занято кораблями, пушками и реформами. В нем совершенно не осталось места для семейной жизни…

— Что за глупости? — возмутилась императрица. — Ты молод, хорош собой, богат как Крез, знаменит, наконец! В Европе довольно принцесс, которые могли бы составить твое счастье.

— Мари, умоляю, остановись, — рассмеялся я. — Пожалей бедных девочек, неужели ты желаешь им выйти замуж за такого мизантропа как я?

— Полно вам, — добродушно прервал нас Александр. — Костя, пойдем в курительную, нам с тобой надобно переговорить.

— Не желаешь? — предложил мне сигару брат.

— Пожалуй, откажусь.

— Ну как знаешь, — отозвался он, выпустив струйку ароматного дыма.

— Надеюсь, ты не хотел обсудить мои матримониальные планы? — поинтересовался я после недолгой паузы.

— Нет, конечно, — ухмыльнулся брат. — Это инициатива Мари. Признаться, нисколько не ожидал от нее подобной прыти и напора. Но берегись, так просто она от тебя не отступится.

— Чур меня!

— Я хотел потолковать об ином, — не обращая внимания на мой шутливый тон, продолжал Александр.

— Полагаю, о Крестьянском комитете?

— Именно. У меня побывали практически все его члены, а те, что не сумели испросить об аудиенции, попытались донести свое мнение через других людей.

— И что же?

— Они испуганы. Скажи, неужели ты предложил эти радикальные меры всерьез?

— Нет, конечно. Я не настолько наивен.

— Но тогда зачем?

— Бог мой, Саша, а чего ты ждал, назначая в комитет этих старых и ни на что не способных пердунов? Разумеется, они не желают никаких реформ, ибо им и так хорошо! Вот мне и пришлось колыхнуть это болото. И судя по тому, как далеко дошли волны, все получилось.

— Прости, но никак не возьму в толк, чего ты добиваешься?

— Надо было показать этим господам, что если они не пожертвуют малым, могут лишиться вообще всего!

— Положим, в этом есть смысл. Но как ты будешь действовать дальше?

— Ну не знаю… собственно говоря, у нас два варианта. Либо ты исключишь из комитета самых одиозных и тупоголовых, и тогда мы сможем провести реформу быстро. Либо…

— Продолжай.

— Либо нам придется идти длинным путем. Для начала примемся собирать региональные комиссии, которые некоторое время позаседают и, даст Бог, через годик или два разродятся своими проектами. Мы их соберем, изучим, обсудим, выработаем общий проект… правда, есть вероятность, что озверевшие крестьяне к тому времени сожгут половину дворянских усадеб вместе с их обитателями, но это ведь не заставит петербургских бюрократов быстрее шевелиться?

— Так себе перспектива, — хмыкнул Саша. — А ты не преувеличиваешь?

— Скорее преуменьшаю.

— Ладно. Но отторгать землю у частных владельцев без выкупа — это все равно неправильно.

— Ну, во-первых, далеко не все они «владельцы» в полном смысле слова. Ибо, как ты и сам хорошо знаешь, многие имения неоднократно заложены в государственных банках или Опекунском совете. То есть по факту эта земля и так принадлежит государству. А во-вторых, как раз от этого требования я легко откажусь, ибо оно вовсе не главное.

— А что же главное?

— Свобода перемещения. Крестьяне должны получить возможность самостоятельно выбирать себе место жительства и род занятий. Только так мы сможем получить в необходимом количестве рабочие руки на заводы и переселенцев на окраины империи.