Онлайн книга «Константин. Сталь и Кровь»
|
— Александр Сергеевич, ты если хочешь что-то сказать, то говори прямо, а не виляй, как маркитантская лодка в Неаполе. — Как вам будет угодно, — поджал губы бывший морской министр. — Эти господа недовольны и готовы на крайние меры. Пока что мне с большим трудом удается удерживать их от опрометчивых поступков, но… — Они составили заговор? — Пока нет, но ситуация может измениться. Они ждут визита государя в Москву, чтобы выразить ему свои чувства. В самых верноподданнических выражениях, разумеется. Но если он не прислушается… — Конкретное что-нибудь есть? — Позвольте презентовать вам один документ. Это, некоторым образом, расшифровка стенограммы одного приватного разговора между весьма влиятельными людьми. Поверьте, раздобыть ее было совсем не просто… — Ну, давай… — Хочу сразу предупредить, — заторопился князь, — что в целях сохранения тайны имена участников разговора скрыты буквами. — Конспигация? — сграссировал я на манер еще не родившегося политического деятеля, но мой собеседник, разумеется, не смог оценить иронии. — Она самая, ваше высочество. А потому прошу сохранить нашу встречу в тайне. В отличие от обычных документов, с коими мне постоянно приходилось иметь дело, эти листы были написаны на обычной (не гербовой) бумаге, убористым почерком без излишних завитушек, которыми любят украшать свою работу переписчики в присутствиях. N: — Господа, да неужто мы стерпим такое надругательство над освященными столетиями вольностями и правами благородного сословия? Нашим родам тысяча лет, мы ведем происхождение от Рюрика, Гедемина и великих бояр времен Даниила Александровича Московского. Кто такие Романовы-Гольштейны перед нами? — Даже так? — иронически посмотрел я на князя, ведущего свой род от торговавшего в юности пирогами денщика моего прапрадеда. — Мериться родовой честью — давняя традиция московских бояр, — презрительно усмехнулся тот. — Вы читайте дальше, там не менее любопытно! М: — Давно ли лучшие сыны России остановили тиранию Павла Петровича? Сейчас самое время о том вспомнить, благо и Европа с нами безраздельно. Английский посол на днях очень тонко заметил, что у нас готовится мужицкая революция и главным ее зачинателем является Черный Принц. К: — Каков бы ни был наш Коко, а все же решение принимает сам император. Александр излишне увлекся преобразованиями, отвернулся от лучших и вернейших престолу людей. Нет, если и пытаться все разом покончить, то следует избавиться от царя… М: — Опомнитесь, граф. Надобно или разом от обоих избавляться, или вы своими руками приведете Константина к власти. Он ведь официальный регент. И что он будет делать, получив власть? Вам о судьбе генерала Кирьякова рассказать? К: — Нет нужды, я прекрасно осведомлен о сем анекдоте. Это просто пугалка, придуманная самим великим князем для устрашения аристократии. N: — Не могу согласиться с вами, граф. Дело самое настоящее. И убил Константин Николаевич его лично из револьвера. С одного выстрела отправил к праотцам… Рука у него верная… М: — И что же вы предлагаете, просто смотреть на то, как нас грабят и лишают всякой будущности? Вы хоть понимаете, какова интрига? У нас разом отнимут и крепостных, и половину земли, и лишат всяких выкупных платежей! Каково? К: — Знаю, я читал проект манифеста. Но что же делать? Повторюсь, устранить государя — худшее решение. А обоих разом не выйдет. Да и учтите. В Зимний дворец и в Петергоф проникнуть нетрудно. Есть и верные люди из гвардии, но вот с Константином все много сложнее. Он усилил охрану. В Мраморный дворец не пройти. Всюду посты из морских пехотинцев, по большей части — ветеранов, награжденных Георгиями и Аландскими крестами. И их верность великому князю сродни религиозному чувству. Они и без приказа будут стрелять при любой угрозе своему кумиру. |