Книга Константин. Аландский крест, страница 87 – Иван Оченков, Антон Перунов

Не ускользнули от внимания Дашкова и без того сложные отношения в монаршей чете, еще более обострившиеся после недавней смерти от брюшного тифа их сына Густава. С одной стороны, Оскар I практически не скрывал своей связи с актрисой Эмилией Хёквист, с которой прижил двоих сыновей. С другой, Жозефина оставалась едва ли не главной его советницей по многим вопросом, в том числе и внешнеполитическим.

И поскольку она была не только моей теткой, но и двоюродной сестрой Наполеона III, настойчиво тащила Швецию в объятья Франции. При том, что Оскар, как уже упоминалось, и сам был совсем не прочь присоединиться к коалиции, но не ранее, чем удастся получить гарантии территориальной целостности своих королевств. И угрожала этой самой целостности, как вы сами понимаете, конечно же, Россия.

К слову сказать, кое-какие основания для подобных опасений имелись, правда, виноваты в этом были, как ни странно, финны. Все дело было в кочующих по тундре лопарях или, как их еще называют, саамах. Хитровыдуманные финские политики желали одновременно пресечь миграции норвежских саамов и тут же жаловались на то, что в Норвегии притесняют финских. В частности, не дают рыбачить в Варангер-фиорде.

Российское правительство, скорее по привычке, поддержало их позицию, вызвав как бы ни первый со времени 1812 года серьезный кризис между нашими странами. После чего взаимные претензии только усиливались, пока в 1851 году император Николай с подачи Нессельроде не выдвинул ультиматум, чтобы в Норвежских водах могли хозяйничать не только лопари, но и поморы, что, в общем, было явным перебором.

— А дипломат еще хуже, чем придворный, — согласился я с королевой, — потому не буду ходить вокруг да около. Меня очень беспокоит сложившееся на Балтике положение.

— Нас тоже, — не стала прикидываться дурой королева. — Но, если великие державы решат снова отправить сюда свои эскадры, что мы можем?

— Для начала, было бы очень хорошо не слушать прибывших к вам поджигателей войны.

— Мы твердо придерживаемся политики нейтралитета.

— Да неужели! А разве это не английские корабли стоят у вас в доках?

— Но это не противоречит…

— Конечно-конечно. Просто потом они выйдут в море и начнут нападать на финские берега, жечь, убивать, грабить, насиловать…

— Некоторые вещи не стоит говорить при дамах, — стряхнув с себя апатию, заговорил король Оскар.

— Некоторые вещи лучше не позволять делать в любой ситуации. Как всем нам хорошо известно, Север Балтики много лет живет в мире. Тем печальнее осознавать, что злая воля чуждых для нашего региона держав желает его нарушить.

— По крайней мере, они не покушались на нашу территорию! — язвительно заметил король.

— Видит Бог, — усмехнулся я, — мне вполне понятны резоны вашего величества. Опереться на мощь Англии и Франции для решения своих проблем, да вдобавок получить от них же гарантии территориальной целостности. Чертовски соблазнительное, но при этом неправильное решение!

— Отчего же? — скривила губы в тонкой усмешке Жозефина.

— Оттого, что зимой в наших краях довольно холодно! — ответил я, подарив королевской чете самую обаятельную из своих улыбок. — В связи с этим море покрывается льдом, и могучие линкоры становятся совершенно бессильны!

— Что вы хотите этим сказать? — дернулся Оскар.